Хирургические убийства

Поближе подбежал, я вижу6 в зубах у Хватика женский кожаный сапожок, модненький и почти что новый. Я ещё подумал, что не так уж плохо живётся артанскому люду, что они подобные вещи выкидывать вздумали.

Мужчина выдержал паузу и покачал головой. Было видно, что переходить к дальнейшему повествованию ему тяжко.

— И что же? – поторопил его коррехидор, он не заметил душевных терзаний собеседника и хотел как можно быстрее услышать кульминацию истории.

— Оказалось, — собрался с духом Коджи, — что Хват не пустой сапог притащил, к сапогу ещё и женская нога прилагалась.

Пёс положил трофей к моим ногам и за брючину ухватил, рычит, поскуливает и тащит куда-то. оказалось, что вон в том складе – рука показала на полуотвалившиеся дощатые двери с облезшим номером восемнадцать, — там и ещё кое-что от женщины оставалось. Точнее, много всякого, только то, что я там увидел, ещё долго мне с самых страшных кошмарах сниться станет. Почему на складе такие большие окошки! Было бы темнее – я бы гораздо меньше отвратительных подробностей разглядеть сумел.

Мужчину передёрнуло. Он попытался сглотнуть, потом плюнул в сторону тягучей слюной, какая нередко предвещает приступ тошноты.

— После этого я вышел на улицу, дошёл до ближайшей лавки и попросил владельца послать сынишку в коррехидорию с запиской о страшной находке. Потом приехали ваши подчинённые, я им всё обсказал, но они велели дожидаться вас.

Дождался и вам всё повторил. Теперь-то хоть отпустите?

— Отпущу, — сказал коррехидор, — а завтра до обеда попрошу зайти в коррехидорию и подписать показания.

Хотя Вилохэд и употребил слово: «попрошу», но весь тон четвёртого сына Дубового клана словно предупреждал о нехороших последствиях пренебрежения его простой просьбой. Преподаватель по классической стрельбе из долгого лука поклонился и заверил, что завтра поутру непременно явится и подпишет все необходимые бумаги.

После чего он был отпущен с миром. Его пёс постарался обойти чародейку на всю длину своего поводка, поджимал хвост и всячески демонстрировал полнейшее нежелание даже на шаг приблизиться к посвящённой богу смерти. Рика подумала, что амулет, который она носила постоянно, он подавлял ауру бога смерти, по всей видимости плоховато действует на собак.

Внутри склада под номером восемнадцать пахло кровью и смертью.