Право на счастье

Зато она очень вкусная!

— Совсем никто не поедет? — уныло переспросила я.

— Нет. Это уже не первая альма, которую мы поймали. В прошлый раз рыбешку повезли в Мельсон, все-таки пятьдесят золотых на дороге не валяются, а она сдохла по пути. Особенность этой рыбы такова, что жить она может только в больших водоемах. Перевезти ее в ведре не получится, уже к завтрашнему дню альма впадет в уныние, а послезавтра подохнет от тоски.

— А до Мельсона неделя пути, — вздохнула я. — Ладно, давайте тогда ее зажарим, пока она не померла.

— А давайте приготовим ее для новенького? — предложил Еся.

Мы с Лелькой недоуменно уставились на него.

— Ну, для того мужика, который в Отшельниках жить собрался. Шерп сказал, что он уже ночью приедет.

— Я смотрю, новеньких здесь жалуют и чествуют? — усмехнулась я, не обращая внимание на вдруг вспыхнувшую в душе обиду.

— Конечно! Шерп им готов в ножки кланяться, лишь бы остались и продолжали заниматься развитием деревни.

— Ой, да ненадолго он здесь! — поморщилась Лелька.

— ты вспомни, как в Отшельники пришло семейство Громс? А Ерусики? Все, как один, сюда приходят с вещами, грязные, голодные, сразу встречаются с Шерпом, и уже он помогает им с жильем. А этот что? Ну кто вообще посылает гонца с письмом? У кого есть деньги на гонца – тот не останется в Отшельниках насовсем.

— Потом будет видно, чего сейчас-то гадать?

— Так, — хлопнула я в ладоши. — Продолжаем уборку! Вероника, тряпка вон там, намочи ее и протри полки, только не трогай ту, на которой стоят бутылочки.

Еся, разбери хлам в кладовой. Лель, мы с тобой помоем полы.

Все активно похватали тряпки, ведра с водой, – несчастную рыбу семейства альмовых поставили прямо в ведре на подоконник, – и принялись наводить порядок. Я все еще жалела о том, что не удастся никому продать сокровище, пойманное детьми в реке, но уже после заката, когда валилась с ног от усталости, и думать про нее забыла.

Дом сиял чистотой! В восемь рук мы отмыли каждую дощечку на полу, каждую полку, смели паутину с потолка, выхлопали ковры, разобрали кладовую и чердак.

Сняли с кроватей постельное белье, с окон занавески. Еся и Лелька снова сбегали на реку, на этот раз очень быстро, и я затеяла стирку.

Близнецы в какой-то момент пожалели, что вообще согласились на помощь, но когда мы, уставшие, но довольные, сели пить чай собственноручно собранный мной, дети улыбались. Вероника, которая работала не меньше остальных, заснула с куском рыбы в зубах, прямо за столом.