Анжарская академия. Теория и практика любовных чар

– И не раскрывайте, – поспешно согласился Граймс. – Просто расскажите мне сказку. О страшном-страшном дне весенних даров… Эльза Хендрик теперь моя пациентка. Я бы хотел понять, как ее лечить.

– Вот как?

– Как-то так, – Альвар сцепил пальцы в замок и поджал губы в ожидании. Непробиваемый старик!

– Здесь рядом, на окраине Либтоуна, есть древний подземный храм Имиры Сиятельной, – смилостивился Саливар. – Было время, туда экскурсии водили. А затем это стало опасно, и место огородили чарами.

Старый целитель поднялся со своего кресла и прошелся по небольшому, скупо обставленному кабинету.

Здесь не было кушеток и шкафов с медикаментами. Личное пространство, созданное для бесед и бумажной волокиты. Граймс никогда не просил себе отдельного помещения, ему хватало стола в диагностическом.

– Той ночью храм чудом устоял, – продолжал Саливар, разминая ноги. – Прямо под алтарем случился сильнейший разрыв материи, вырвалось много тварей изнанки.

– Разрыв? – удивленно переспросил Альвар.

Он ожидал услышать другую историю.

Полную боли и унижений.

– Маг-гвардейцы, следившие за священной землей и получившие сигнал с экрана, подоспели вовремя, – покивал старец. – Они окутали святыню укрепляющими чарами и вытащили пострадавших на поверхность. Сильнее всех досталось девушке, она долго не могла прийти в себя. Ее нашли без чувств прямо под алтарем.

– А Вейрон? – Граймс тоже поднялся и подошел к собеседнику.

– Его среди пострадавших не было, – Саливар плотно сжал губы и медленно выпустил воздух через нос.

– Но, не буду скрывать, слухи ходили… Ходили, да.

– Что за слухи?

– Что он затеял один опасный ритуал и обманом уговорил юную сирру Хендрик стать добровольной жертвой. Но доказательств не было, а сама она не назвала никаких имен.

Горло обожгло горечью, и Граймс расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– Я уговаривал ее написать заявление ректору и все в нем подробно рассказать. Девушка попала ко мне в руки, и я определенные выводы сделал… О том, что там произошло, – хмуро объяснял старик.

– Но она и рта не раскрыла. Только потребовала забрать у нее практические часы и статус сирры. И перевелась в другой корпус, на теормаг.

Значит, ритуал. В ночь сиятельных даров. Что может добровольно пожертвовать невинная девица в забытом храме?

– Когда ее ко мне доставили, я диагностировал сильнейшее изнеможение. Магическое истощение, эмоциональное. По телу шли ссадины и ушибы, – монотонно перечислял целитель.