НУС

— Что же вы люди добрые? — начал парень. — Не успело солнце взойти, уже чужое берёте? Где староста!

— Убежал он, — раздался голос из толпы и появился Белояр. — Как только вы вернулись, так сразу похватал вещи и к пристани. Наверное, уже отплыл.

— Вот гад! — возмутилась Девана. — А ты, всё это время, что делал?

— В смысле? — не понял волхв. — Коней ваших сберёг, богов молил, да за останками собирался идти, чтобы похоронить по-людски. Деян всем рассказал, что лично видел, как леший всех вас порвал. Его сын подтвердил, да и мужики прибежавшие, тоже.

— Наврали, — махнул рукой Венислав. — Живы мы, а леший на косе валяется.

Парень оглядел всех собравшихся и громогласно заявил.

— Нет вам прощения за грехи ваши, теперь богов молите, чтобы пощадили вас, а от меня помощи — не ждите! Всё, что украдено — назад верните!

— Не нужно мне от них ничего! — внезапно раздался голос Микулы. — Пусть подавятся!

Не обращая ни на кого внимания, он зашёл во двор к старосте и вывел двух лошадей, запряжённых в телегу.

— Считайте — плата за моё добро, так этому гаду и передайте! — кузнец пошёл к своему дому, а Венислав, Девана и Белояр, последовали за ним.

Дома Злата уже подготовила вещи, как оказалось, соседи успели растянуть большую часть, но даже то, что осталось, едва уместилось в телегу.

— Куда отправитесь? — спросила Девана.

— Если позволите, — поклонился Микула, — то с вами до Мурома. Там обоснуемся.

— Конечно, — закивала девушка. — Только давай в последний раз твой горн разожжём.

Кузнец быстро развёл огонь, а девушка сразу бросила в него шкатулку, что взяла у Новгородского князя.

Микула раздул мехи и пламя поглотило её. Прошло полчаса, Девана взяла щипцы и аккуратно вытащила шкатулку. На удивление, металл не расплавился и даже дерево не сгорело, а лишь светилось как солнечный камень.

— Целая, — радостно сказала девушка и повернулась к Вениславу. — Сильна в ней ещё магия. Теперь только до храма Перуна добраться и если достоин, то обретёшь силу богатырскую.

До Мурома они доехали без приключений, а когда оказались возле его стен, то настала пора прощаться.

Микула крепко всех обнял, а Злата чуть ли не плакала.

— Да полно тебе, встретишь ещё судьбу свою, — покачал головой Белояр, а затем чуть наклонился и прошептал. — Вон уже старший сын князя на тебя со стены смотрит. С такой косой как у тебя, первой невестой в Муроме станешь.

— Правда? — захлопала она ресницами.

— Правда, — закивали все разом.

Микула тоже улыбнулся и поклонился.