Полуночные тайны Академии Грейридж

Конечно, если до этого самого вечера не произойдет ничего из ряда вон выходящего.

На всякий случай герцог приготовил сразу две гостиные для девушек, чтобы прямо на входе разделять кандидаток на тех, к кому стоит присмотреться, и на тех, кого он точно никогда не оставит в своем доме. Но мало ли что могло пойти не так?

В его жизни никогда не бывало так, чтобы все было спокойно.

Себастьян не запоминал их лиц. Все кандидатки в няни слились для него в одно размытое пятно. Были среди этого пятна и несколько достойных барышень, но в большинстве своем они лишь тратили его время.

Никогда. Никогда он не доверит свою дочь тем, кто выставляет напоказ свои прелести, не гнушаясь соблазнять его – герцога де Зентье – прямо с порога. Никогда не оставит Анги один на один с размалеванными куклами, которым едва ли исполнилось восемнадцать. И уж точно никогда не познакомит ее с содержанками, узнавшими во дворце короля все прелести порока, меняющими любовников как перчатки.

Нет, всех этих дам он отправлял в первую гостиную, знаком давая понять прислуге, куда их стоит провожать.

Других же – тех, что пришли в более-менее закрытой одежде да и в целом вели себя сдержанно, показывая безупречные манеры и воспитание, – он просил подождать его решения в Желтой гостиной. Их набралось немного – не больше пятнадцати, тогда как в эти двери вошли уже не меньше пятидесяти дам разного возраста.

И да, герцог де Зентье уже не ждал проблем. Анги успешно музицировала на втором этаже – легкая мелодия нет-нет да и доносилась до центрального холла замка.

Все шло своим чередом, пока одна из створок тяжелой двери не распахнулась без предупреждения, являя его взору большие карие глаза с вкраплениями золота.

Алдрид не успел ее представить и, судя по растерявшемуся лицу, не знал ни ее имени, ни имени ее рода. Слуга, что встречал дам на крыльце, ничего не передал – не внес имя в список, составляемый на зачарованной бумаге, которая на расстоянии передавала написанное камердинеру.

Вышла заминка, но девушка, казалось, ее и не заметила.

Незнакомка, чью ауру Себастьян случайно использовал этой ночью, выглядела так же, как во сне, ошеломляя его неожиданной встречей, но в то же время ее внешний облик казался ему слишком простым, слишком бедным, даже несуразным.

Такая красота просто не может скрываться за платьем из дешевой ткани, из которого девушка давно выросла.