Полуночные тайны Академии Грейридж

– Признаюсь, мы с Анги были не правы, устроив своеобразный протест преподавателю, но, увы, изнеможение не дало нам подняться сразу же, а в дальнейшем в этом уже не было нужды. У меня возникли большие сомнения в компетентности леди. Вы знали, что она кричит на вашу дочь? А о том, что она ничего толком не объясняет, требуя догадаться, что именно нужно сделать, и выполнить это? Знаете, я бы никогда не подпустила эту даму к своему ребенку.

– Даже так? – удивление вперемешку с сомнением тут же проступило на его лице.

– Именно. Если я имею право голоса, то я хотела бы попросить вас найти другого преподавателя этикета для девочки.

– Я подумаю над этим. Что-то еще? – тон мужчины заметно изменился, вынуждая меня поежиться.

– Да. Сегодня мы с Анги писали тест. Так вот, я испугалась и поменяла наши ответы, – произнесла я воинственно, готовая защищаться.

– И все-таки вы действительно не умеете врать. Даже если бы я не знал правды, я все равно бы вам не поверил. Вы не смотрите в глаза, когда врете.

Прячете взгляд.

– Это неправда!

– Правда, – улыбнулся Себастьян, заметно смягчаясь. – Зачем вы выгораживаете мою дочь? Алдрид ведь был там.

– Тот старик?

– Мой камердинер под искусной иллюзией. Это Ангилия поменяла ваши тесты местами. Полагаю, чтобы помочь вам, что приятно меня удивило. Она впервые пожертвовала собой ради другого человека, прекрасно зная, что я буду недоволен. Вы хорошо на нее влияете, несмотря на отсутствие должного образования, но вернемся к тому, что по-настоящему важно сейчас, – интриговал герцог, выдерживая паузу.

– Скажите, мисс Алдийская, чем же я вам так не угодил, что вы нарисовали мне третью руку? Предполагаете, что я не справлюсь двумя?

– Предполагаю, что третья рука никому не помешает. У вас ведь столько дел, столько дел… – залилась я краской стыда, хотя внешне очень сильно старалась выглядеть невозмутимой.

– Выкрутились, – рассмеялся герцог, подливая мне еще чаю. – А если серьезно, как вы держитесь в седле?

– У нас с лошадьми взаимная нелюбовь.

Я их боюсь, а они меня опасаются. Слушайте, а отдайте мне мой рисунок.

– Зачем это? – притворно удивился Себастьян.

– Я его уничтожу. Вдруг кто-нибудь увидит?

– Не увидит, – неожиданно придвинулся герцог ближе, прошептав мне на ухо: – Я спрячу его в самое надежное место.

– Это какое же? – заинтересовалась я, думая о Чаше Желаний, которая тоже может лежать в этом самом надежном месте.