О чём мечтает весна

Чаща за кустами волчьей ягоды уснула под коркой хрустальной. Лёд, если не убил всё живое здесь, то в сон погрузил. И мрачные тени, окутавшие растения и животных, остановили время для мирных созданий и хищных бестий.

Жизнь, какова бы она ни была, остановилась к северу от Мурома. Пугающее вечным забвением царство расширяло свои границы с медленным движением бледных теней. Блёклый свет, отражающийся от окутанных льдом и снегом дубов и елей, как призрак, был здесь и не было его. Вся природа русская обращалась в фантом.

Лада снова не знала, чего ей ждать. Выжила ли отшельница Баба-яга? Если да, то попадут ли они с Емельяном к ней? В прошлый раз изба её стояла на противоположном берегу смердящего ручья, реки-Смородины, что и Ярослава от Лады своими водами отделила.

Жив ли Леший? Кобзарь Селев-Селиван. Дудочку больше не слышно его. Утонула округа в глухом вое, невозмутимом, едва различимом.

Смородина затихла, умерив течение, но не замёрзла. Выйдя на берег её, Лада и Емельян нашли избу отшельницы лесной со своей стороны ручья.

Ядвига, как звала себя она, Баба-яга, как кликали её муромцы, Буря-яга, как звали её в прошлой жизни варяги, стояла на берегу у порога своей избы. У ног её сидел чёрный кот. В руках отшельница держала крупную цепь, смотрела вдаль задумчиво.

Лада и Емельян подошли сзади.

— Не приближайтесь, — сказала Баба-яга.

— Мы с миром пришли, — ответил Емельян.

Усмехнулась старуха:

— Я вас от беды предостерегаю, — голос Бабы-яги был невозможно усталым. Так могла бы устать богиня, будь она ею.

— Я задержала нечисть окаянную в Нави... временно.

Лада посмотрела на другой берег Смородины, ровно туда, куда глядела Баба-яга, и увидела их. Тысячи глаз смотрели из мёртвой дымки, стелящейся над снегом и льдом. Зелёные и бледно-голубые, лиловые и жёлтые, грозные взоры врагов Яви людской мерцали за гранью мира.

— Что привело их? — спросила Лада.

— Их воевода, сам Чернобог.

— Как так случилось? Разве не заперта Навь была? Разве не лишился власти своей Чернобог?

— Сын его и невестка вернули ему силы.

Корочун и Снегурочка, будь они неладны!

Уверилась Лада, что знает она о чём речь, и намерилась действовать решительно:

— Кто же помог им, ве́щица треклятая?! — Лада схватила за локоть старуху, и та обернулась пред ней рыжеволосой воительницей в кольчуге.

— Не твоего ума дело, дитя несмышлёное! — загремел голос Бури-яги, и в небе взвыло чудище крылатое. Весь мир переменился вокруг Лады и Емельяна.