Академия Избранных - 2. Злая Кровь.

- Зато теперь вы это знаете, - чуть смягчился Хранитель Слова, - и если хотите поддержать порядок, то можете раз в месяц проводить здесь генеральную уборку. Разумеется, под моим руководством.

На Самаэля было жалко смотреть: как это он, в недалеком будущем грозный маг и воин, будет заниматься, по сути, женским делом. Лично для себя я ничего страшного в этом не видела, наоборот, если хотя бы изредка помогать Хранителю, не думаю, что он откажется помочь мне с книгами. Я уже поняла, что он отходчив и не может долго помнить плохое.

Видимо та же самая мысль пришла в голову и ведунье, потому что мы с ней, не сговариваясь, одновременно выпалили:

- Согласна!

Хранитель Слова окончательно растаял, поняв, что мы действительно не злостные дебоширы, а просто так сложились обстоятельства, о чем мы искренне сожалели. Тем более, с работой архивариуса, он стал никому не нужным и изнывал от тоски и одиночества. 

- Ну, с этим мы разобрались, - тихо проговорил книжный дух, - может, тогда и я вам смогу быть чем-то полезным?

Пока я собиралась с мыслями, как в полном объеме озвучить все, что мне хотелось бы сейчас узнать, Ядвига тут же нетерпеливо выпалила:

- Было бы замечательно, если бы вы помогли отобрать нам все тома, где упоминается Лукос Шимаре и вообще все, что так или иначе связано с его исследованиями, которые он проводил.

- Особенно, в отношении тех, кого он изучал, - негромко подсказал Самаэль, заслужив мой беглый, но полный благодарности взгляд.

Меня на самом деле интересовали больше супруги моих несчастных родственниц, чем сам Лукос, от которого и начались все проблемы.

Хранитель Слова задумался, покатый призрачный лоб испещрили глубокие вертикальные морщинки. При жизни он не только много думал, но и часто хмурился, тем самым оставив заметный след на коже. Наконец ему пришла в голову какая-то мысль, он молча поманил нас пальцем в дальний зал для чтений, где царил приятный расслабляющий полумрак, а кожаные диваны были глубокими и такими мягкими, что здесь хотелось остаться жить.

Через некоторое время после того, как мы вальяжно расселись по всему периметру, то тут, то там, начало раздаваться шуршание страниц и непонятные постукивания. Будто книги брали, быстро просматривали и торопливо убирали обратно. Через некоторое время на низком, поцарапанном столике сами по себе начали появляться разнообразные фолианты. О, они были совершенно не похожими друг на друга.