Убийца и попутчик

С грустью на лице, он посмотрел на столь ненавистный камень, но тут же отогнал от себя нежеланные воспоминания.

            Пусть весь смрад и исходил от старых бинтов, а сухая, потрескавшаяся кожа более не обладала собственным запахом, наёмник всё же решил окунуться. Стоило ему погрузиться в чистые родниковые воды, как они омыли его тело, проникли в каждую щель, вызывая неимоверную боль. Однако Генрих терпел. Он погрузился под воду с головой, чтобы избавиться от грязи и остаточного запаха.

            Он выбрался на землю, встал на колени и начал тяжело дышать. Со временем боль ушла, а едва ощутимый ветер охладил жгущее тело. Тем временем настойка полностью пропитала марлю, и она обрела смолистый чёрный цвет. Тщательно обмотав своё тело даже в самых сложных местах, Генрих сжёг оставшиеся бинты, забрал котелок и направился обратно в деревню.

            Тем временем Гаспар закончил свою работу.

— Что-то теперь ты сильно притихла, — сказал Генрих, обратив внимание на свою попутчицу. — О чём задумалась?

— Да вот думаю, где бы нам достать деньги. Ты ведь потратил всё до последней монеты, — сказала женщина, всматриваясь вдаль.

— Обычно я стараюсь действовать скрытно, и мне хватает пары ножей. Однако с тобой мы рискуем ввязаться в открытое противостояние, поэтому мне понадобилось дополнительное снаряжение.

— Такое же, как выпивка и развлечения в борделе?

— А что поделать? Я мужчина в самом расцвете сил, — гордо произнёс наёмник и прилёг на спину.

— И именно поэтому ты проводишь время только с путанами? — неожиданно спросила Катерина.

— Что?!

— Нельзя быть дамским угодником, если женщины проводят с тобой время только за деньги, — съязвила княгиня.

            Слова девушки сильно оскорбили Генриха. Он хотел было ответить, но не смог, ведь это была правда. Этим женщинам абсолютно всё равно, кто их клиент и как он выглядит, главное, чтобы плата была достойной. На большее со своей внешностью ему не приходилось рассчитывать.

— Знаешь, — сказал Генрих спустя полминуты, — моя жизнь состоит не только из убийств и похождений по борделям.