Вендетта

Грубые мужские руки на такие мягкие, нежные части ее тела! Да, эти ощущения она точно не забудет! Девушка возмущенно посмотрела на капитана.

 — Франческо, чего ты застыл? — поинтересовался тот. — Давай, работай. Пресс, кстати, тебе тоже подкачать придется, дрябловатый живот у тебя.

 После пятого отжимания руки Чески отказались разгибаться напрочь. Прикусив губу до крови, она из последних сил пыталась их заставить, но все было бесполезно — конечности только конвульсивно подергивались, не желая больше принимать участия в этом издевательстве.

Пожалуй, идея выучиться у кровника не столь хороша. Такими темпами Франческа, помрет в страданиях прежде, чем научится чему-нибудь путному, а брат так и останется неотомщенным. Нет, она готова жертвовать собой, но такая жертва казалась чрезмерной и бессмысленной.

 — Хорошо, пять отжиманий сделаешь, когда вернетесь с матрасами, — смилостивился мучитель. — Роберто, проследишь.

 — Будет сделано, инор капитан, — отрапортовал тот, ехидно глядя на Франческу и выразительно потирая руки.

 Инор капитан нервно потер щеку, которую пекло уже невыносимо, достал мазь, нанес на рубец. Стало чуть легче, но ненамного. 

«Эти целители учатся непонятно чему, а простейшую вещь вылечить не в силах, — зло подумал он. — И без того проблем полно, а тут еще приходится нянчиться с романтичными придурками».

 — Сейчас вы идете со мной и получаете постельные принадлежности. Затем возвращаетесь сюда, моете пол и готовите ужин. Вдвоем, надеюсь, с этим справитесь.

Франческо, тебе, как моему ординарцу, дополнительное задание — заваривать травяной сбор дважды в день. Чайная ложка на полстакана. 

 Капитан выразительно потряс пакетом перед ее лицом и положил на стол рядом с мазью, а затем направился к выходу. Парочка последовала за ним. Роберто размышлял, как привести брата в хорошее настроение. Неожиданно его осенило.

 — Ченцо! — радостно воскликнул он. — Я неделю назад видел Лауру. Она еще похорошела. Когда она приезжает?

 — Никогда, — глухо ответил Винченцо.

— Лаура вышла замуж в это воскресенье.

 Санторо-младший хотел было сказать еще что-то, но посмотрел на закаменевшее лицо брата и решил все мысли оставить при себе. Не насовсем, конечно, но хотя бы до того момента, когда они с Франческо, нагруженные свертками с постельными принадлежностями, возвращались назад.

 — В разрыве помолвки Винченцо я лично вижу один очень приятный для себя момент, — заявил он.