Ольф. Книга 2. Ответы на вопросы

Закончив с хулиганом, он сверился с ориентировкой, кивнул второму, оба вразвалочку двинулись в нашу сторону.

— Предъявите документы.

Я посерел. Корабль! Ой, дуррра-а-ак... Ну какого черта…

О чем думаю, какой корабль, ведь в нем — Челеста! Без меня корабль ни выпустит ее, ни накормит…

В ситуацию вмешалась Нина:

— Мы к Василию Платоновичу. Торопимся. Вон он сидит.

Зажавшие меня в клещи полицейский и его напарник отпрянули. Из-за стеклянной витрины ресторана нам махал рукой седовласый мужчина в темно-сером костюме при галстуке.

Полицейские судорожно отдали честь и дематериализовались. Дверь перед нами отворилась мгновенно и с неким пиететом, швейцар увидел, к кому идем, на мои джинсы и свитер брезгливо покривил рот, но смолчал.

Седовласый встал при нашем приближении. У Анжелы словно маятник Фуко внутри тела включили, теперь она не шла, а несла себя, как на блюде. Около столика ею была принята добивающая взгляд отрепетированная поза, которая откровенно выпячивала все, что выпячивается, и оттопыривала все, что, соответственно, оттопыривается и волнует обремененное стандартными наклонностями мужское население планеты.

Седовласый относился к упомянутой форме существования, и все, что предназначалось его вниманию, мимо внимания не прошло. Седой ежик прически почтительно склонился, однако взгляд не опустился ниже приемлемого уровня.

Нина приветствовала Василия Платоновича как старого друга. Не равного, а старшего друга. Наверное, сей убеленный мудростью и значительностью джентльмен — прямой начальник Владлена.

— Как самочувствие? — густой бас начальника обволок Нину, как свитер, связанный бабушкой для любимого внука.

— Лучше. — Она протянула руку в сторону пришедшей с нами девушки. — Знакомьтесь, это Анжела, секретарь-референт Задольского.

Анжела выразительно изогнулась осиной талией и рельефно обтянутыми подробностями выше и ниже.

— Очень приятно. — Василий Платонович галантно поцеловал протянутую ручку, выражение на лице подтвердило, что сказанное — не только слова.

— А молодого человека представлять не надо, его досье сейчас на моем рабочем столе лежит.

Снова у меня все упало. Чуть сам не упал. Вот же влип. Как муха в… мед.

Я сжал губы, кулаки сжались сами.

— Позвольте узнать, какую организацию представляете?

Василий Платонович ответил расплывчато:

— Заветные три буквы.

— Федеральную...

— Не надо о работе. — Василий Платонович поморщился, словно прокисшего вина хлебнул, причем натощак.