Дары Пустоты

Микела перебирал ключи на ощупь, надеясь что угадает. “Давай! Давай!”

Воздух кончался и Микела осознал, что продержится не более чем полминуты. Наконец, замок щёлкнул и отпустил арестанта. Микела, схватив его за цепи на руках, дёрнул вверх. Тело Александра плавно поднималось вслед за ним, не встречая никаких препятствий на своём пути, но подъём не был таким уж лёгким как думал Микела. Желание вдохнуть сырого плесневелого воздуха переполняло его, заставляло отчаянно дёргать ногами и растрачивать последние силы.

Почти у поверхности он непроизвольно сделал вдох, впустив мерзкую грязную воду в себя. Мысль, что нужно бросить заключённого, мелькнула в голове, но Микела лишь сильнее сжал перед рубахи Александра. Из последних сил он дёрнулся вверх и разорвал непоколебимую гладь тёмной воды.

Приступ кашля тут же накрыл его, а два резких толчка приблизили к твёрдой поверхности. Кельнан помог выбраться из воды и оба рухнули спиною на пол.

Лицо Александра, как будто это было возможно, казалось ещё белее в умиротворённом спокойствии и безжизненном молчании.

Микела начал ритмичными толчками давить на грудь и заключённый тут же закашлял и открыл глаза. Его взгляд зиял лукавством, как и всегда, и ни намёка на благодарность не проглядывалось.

Микела облегчённо выдохнул и протёр руками мокрое лицо.

— Хреновый план! — сказал он. Дрожь начала пробирать его. Вода стекала, а холодная одежда начала неприятно липнуть к коже.

— У тебя был лучше? — Александр поднялся и тряхнул чёрной гривой, с которой весело стекали тоненькие струйки воды.

— Когда ты успел позвать Кельнана?

— Сразу же как только нас взяли, — пожал плечами Тёмный.

Кель с пустым взглядом стоял рядом с ними, а Цайса — около стены, всхлипывая и вытирая слёзы о рукав.

— Но ты был без сознания. — Микела в удивлении вспоминал недавние события.

— Аттал тоже так думал, эй? — Александр зашагал к выходу и толкнул кованую дверь. — Сила Пустоты никому не даёт бессмертие.

— Всё же лучше с ней, чем без, — улыбнулся Микела и последовал за ним.

— В точности мои мысли. — Александр оголил ряд ровных желтоватых зубов и поспешил прочь из карцера.

Глава 8. Огневица алая.

Они в два счёта добрались до главной комнаты, где жили надзиратели и привычный запах сырости и грязи снова наполнил ноздри. Было очень странно идти бок о бок с тем, кого еще вчера считал неприятелем. Микела не разговаривал большую часть времени и все ещё сомневался в правильности своего решения.