Призраки не умеют лгать

Жизнь человека начинается в казённых стенах среди людей в белых халатах и зачастую там же и заканчивается.

Молодой мужчина, которого нам представили как главврача, сидел за большим столом и очень эмоционально ругался в телефонную трубку. Едва зайдя в кабинет, я поняла, что с документами возникли проблемы. И именно с нужными.

– Я не могу отвечать за своих предшественников, – он грохнул трубкой об аппарат, та жалобно звякнула. – Архив в таком состоянии, что удивительно, как там до сих пор мыши всё не съели. Простите, но помочь вам, увы, ничем не могу, – молодой врач казался искренне расстроенным.

Мой телефон, в последнее время словно нарочно мешающий всем и вся, заиграл весёленький марш. Я виновато посмотрела на мужчин и сбросила вызов. Опять Влад.

– Сколько ещё историй болезни пропало? Полка? Стеллаж? Секция?

Врач молчал, по лицу было понятно, каков будет ответ.

– Нет, – Вселорав посмотрел на псионника, – из этой секции больше ничего не пропало.

Это случилось снова. Если что-то может пролить свет на события… на смерть девочки, то это непременно пропадает.

Все ниточки исчезают буквально из рук, будто кто-то невидимый перерезает верёвку.

– Поднимите кадровые списки, – Дмитрий не просил, он требовал. – Я хочу поговорить с каждым, кто работает здесь двадцать пять лет и более, будь это даже бухгалтер или буфетчица.

Главврач, не мешкая, отдал распоряжение по телефону и снова стал что-то торопливо объяснять.

Что же случилось тогда? От чего она умерла и почему винит во всем меня? Почему пропала медкарта? И самое главное – почему на этого призрака не действуют привязки?

Это вопрос к Демону, но спрашивать я не спешила.

По той простой причине, что, когда он ответит, я больше его не увижу. Дело будет закрыто. Мысли были плохие, очень плохие. Пока блуждающий не остановлен, могут пострадать люди. Уже пострадали, из-за меня. Но понимание этого нисколько не уменьшало тайного желания продлить…, даже не знаю, как назвать то, что происходило между нами.

Надежда на списки, принесённые худенькой девушкой в белом халате, не оправдались.

Ни один из нынешних сотрудников не проработал в областном роддоме так долго. Предыдущий глава успел умереть, как и его зам. Многие переехали и были переведены в другие учреждения. А так как мы не знали, кто именно принимал роды у мамы, то проверить уйму народа, мотаясь по всей империи, нереально.

Станин, не спрашивая разрешения, конфисковал бумаги и, не прощаясь, покинул кабинет. Ещё одна отрезанная нить. Навалилась усталость.