Весна научила мечтать

- Да? А как это еще можно назвать?

- Я не знаю как, но не так точно.

- Видимо, для тебя разговор бессмысленен. Значит, я сам поговорю с Йеннером.

- Это уже не смешно, Рун.

Его губы исказила злая ухмылка.

- А я и не смеюсь, дорогая моя.

- Успокойся, пожалуйста! - Теперь Сивина уже действительно начала волноваться. - Я клянусь тебе, что никаких дурных намерений он не выказывал. Ты не можешь просто предположить, что... что он приходит в оранжерею отдыхать? У нас же тихо, спокойно, люди хоть и появляются, но все же не нарушают чужой покой.

Ну а я... я просто как... да как приложение к этому месту.

- Дурочка ты, а не приложение, - тихо вздохнул Рун и все же притянул к себе сестру.

Теперь уже Сивина не возражала. Брат лишь недавно начал демонстрировать так свою любовь и привязанность. И хоть к Ульрике Сивина не питала нежных чувств, но вот за это была готова простить ей все. Ведь с ее появлением в жизни брата, он начал возвращаться.

- Мне, честно говоря, странно, что только сейчас кто-то рядом с тобой возник.

Ты же у меня красивая. - Он взял лицо сестры в руки и нежно поцеловал в лоб. - И мне так страшно, что и ты...

- У Исгельны все хорошо. Она же счастлива.

- Надеюсь. И все же с Йеннером я поговорю.

Переубеждать брата было уже бестолку.

***

Джетмир пригласил посетителя присесть на стул напротив.

Рунгвальд Натсен заявился к нему в школу с требование поговорить. Мастер тему разговора понял сразу же, еще до того, как гость открыл рот. Тем более он даже не соизволил поздороваться.

- Я настоятельно попросил бы вас прекратить посещать оранжерею, - сразу же начал Рунгвальд.

- Не вижу причин, - спокойно возразил мастер Джетмир.

- Давайте тогда сразу начистоту. Меня не устраивает ваш интерес к моей сестре. Мне не ясны ваши мотивы. Меня не устраивает сложившаяся ситуация.

- Так интерес к оранжерее или вашей сестре? - с совершенно серьезным выражением лица поинтересовался мастер. - Понял, понял. - Он поднял руки и отбросил шутливый настрой, после того, как гость побагровел и хотел уже было высказаться.

- Хотите начистоту? Хорошо, будет вам чистенькая правда. Я не знаю, почему туда хожу.

- Да прекратите уже шутить! - взревел Рунгвальд. - Когда Сивина высказала желание работать в оранжерее, я ей отказал. Эдель* совершенно нечего там делать. Но она настояла, да и я понимал, что для ее дара это оптимальный вариант. Ее совершенно не заботило то, что про нее говорят - кто за спиной, а кто и в лицо.