Кровь и песок

Заглянул внутрь, перебирая разбитые горшочки и перемешанные между собой травы.— Что за вонючее дерьмо?— Травы, которые должны были вернуть Астарту в мир живых… Уже не имеет значения. Заклинатель перед смертью рассказал мне, что она очнулась. И Соломон, судя по всему, не очень хочет, чтобы я возвращался к ней.Демон развернулся и направился было к выходу, но его перехватил Молох.— Куда это ты собрался?Астарот смерил Молоха хмурым взглядом и вырвал руку из хватки.— Я отправлюсь обратно в Иерусалим.

Одну её я там не оставлю.— Какое благородство, — фыркнул Молох. — Только ты забываешь об одной сущей мелочи, демон. Печати на твоем плече. Почему бы не вернуться к тому, кто готов послать тебя на верную смерть, и вверить себя ему в руки еще раз? Не глупи. Соломон и его заклинатели придумают в этот раз для тебя казнь куда хуже, нежели то, что было задумано сейчас. С печатью путь в Иерусалим закрыт для тебя.Демон замолчал, обдумывая его слова и молча признавая, что Молох прав. Снова прав.— Об этом ты не подумал, не так ли?— Не подумал, — согласился Астарот. — И что ты предлагаешь?Ответ последовал простой.— От печати нужно избавиться.Низший обернулся и бросил на него подозрительный взгляд.— В прошлый раз я чуть не сдох, когда Астарта с меня печать фараона снимала.— О да, — коротко хохотнул Молох, вызывая еще больше негодования демона, — в том, что твоя супруга выбрала самый варварский способ изменить имя, я не сомневаюсь. Но, послушай, демон… Печать имени и печать службы — это два разных заклинания. Второе более простое и снимается куда проще.— Снять заклинание может лишь тот, кому я давал клятву служить. И это Соломон.— Правда. Но тут ты упускаешь кое-что. Снять может тот, кому ты давал клятву, и бог. Нам повезло, что один из нас как раз из божественной породы.Астарот всё еще сомневался, хоть правоту Молоха и признавал. — И ты это сделаешь, потому что…— Потому что ты нужен мне живым, демон, — отчеканил зеленоглазый. — Я не для того только что спасал твою задницу, чтобы ты влез в новые неприятности. Сядь. — И когда демон опустился на землю, произнес. — Придумаем, что делать с твоей печатью, — а потом задумчиво уставился на бордовый символ на коже низшего.Прошло несколько мгновений прежде, чем Молох снова заговорил.