Тайна двух

С шестиэтажной гостиницы будет больше прибыли, чем с этого двухэтажного домишки.

— Снести дом бабушки?!

— Это старая халупа.

— Это фамильный дом моих предков. Он стоял пятьсот лет не для того... Не для... — У Мадлен перехватило дыхание от возмущения и горя. — Вы думаете только о деньгах!

— Я думаю о благосостоянии семьи, Мадлен, — сказал отчим строго. — В том числе и о твоем.

— Неужели?!

— Да.

Я знаю, как будет лучше для всех.

— Оставь ее, Финиас, — сказал брат отчима и приобнял Мадлен. — Бедняжка сегодня похоронила бабушку. Не стоит сейчас поднимать такие вопросы.

На мгновение девушке показалось, что хоть кто-то здесь ее понял. Рука Юниаса Брусли соскользнула с плеча Мадлен на талию.

— Мы обговорим с тобой перестройку, а милая Мэдди пусть отдыхает. Эта истерика всего лишь из-за слабой женской организации.

Мадлен вскочила.

— Сердца у вас нет! У меня умер единственный близкий человек, а вы хотите ради денег в одночасье разрушить все, чем он жил. Все, о чем она завещала мне заботиться. Я пойду пешком!

Девушка выпрыгнула из экипажа. Отчим велел не останавливаться.

— Слабая женская организация, брат. Ты прав. Пусть пройдется пешком. Проветрится. Ей станет получше.

Глава 3 *

Мадлен побежала прочь к вившейся среди деревьев горной тропе.

Там не мог проехать ни всадник, ни экипаж, а вот для тех, кто хочет побыть в одиночестве, маршрут самый лучший: затерявшийся среди зарослей, укрытый от ветра и лишних глаз. Отсюда можно наблюдать, оставаясь незамеченным. В детстве ей очень нравилось это место. Здесь она чувствовала себя защищеннее, чем дома.

Девушка присела на камень и обняла колени руками. Как можно жить с родственниками, и чувствовать себя безмерно одинокой? Одиночество не означает, что вокруг тебя никого.

Одиночество означает, что окружающие люди — чужие, даже если они родня.

Мадлен тихо плакала.

Вечер медленно спускался на Бёртли-у-моря. Небо уже совсем погасло, а солнце скрылось за горами. Курортный город светился огнями, как рождественское дерево. Внизу у самых скал выехал из туннеля паровоз, напоминающий в полутьме сияющую гусеницу. Хезерфогский экспресс. Он идет в столицу.