Песнь Ветров

После того, как ты пройдешь этот путь со мной и мы вместе вернемся в Эрриду, я отпущу тебя и Ханну и не буду вас преследовать,— он говорил, глядя на нее, и взгляд его синих глаз сделался тяжелым. — Клянусь, что, если Тэрсе заберет тебя в этом походе, я дам Ханне свободу и не накажу её за то, что сделала когда-то ты. Но если ты меня обманешь, — он стиснул пальцы так сильно, что побелели костяшки, — я убью тебя, Тень. Это моя клятва. 

Тень кивнула, принимая её, и Элазар отнял руку от чаши. Жрецы же что-то зашептали над кровью, неразборчиво и тихо.

А затем пронесли чашу над огнем несколько раз, продолжая бормотать заклинания. Тень, как и Элазар, замерла в тревожном ожидании.

Боги могли не принять клятву. Могли отказаться от принесенных им обещаний, повернуться к ним спиной. Тень прижала к себе порезанную руку, чувствуя, как пульсирует на ладони жгучая боль. Но вот в чаше раздалось шипение, и над их смешанной кровью поднялся тонкий витиеватый дымок.

— Боги услышали и приняли вашу клятву, — торжественно объявил жрец, а затем поклонился Элазару.

Вскоре жрец ушел, унеся чашу за собой, и Тень точно не знала, что файер сделает с ней дальше. Освященную богами кровь у фурий было принято закапывать в землю. Возможно, файеры делают то же самое.

Тень повернула голову и натолкнулась взглядом на Элазара, неподвижно замершего напротив. Он криво усмехнулся, поймав на себе её внимательный взгляд.

— Впереди нас ждет долгая дорога, — обронил он насмешливо, проходя мимо Тени. — Надеюсь, ты к ней готова, лоат.

Через несколько тэ его шаги стихли, и Тень осталась одна. Продолжая прижимать к себе руку, не чувствуя уже ни боли, ни текущей крови, она подняла взгляд на статую Нанны. Ту самую, перед которой её, наказанную, ставили на колени много раз, заставляя вновь и вновь просить прощение за то, что она пренебрегает возложенным на нее священным долгом.

— Возможно, я не заслужила чести разговаривать с тобой, — Тень говорила, опустив взгляд в пол, не в силах поднять его на статую Нанны. — Я не прошу тебя оберегать меня в пути.

Я лишь… — Она все-таки взглянула на богиню перед собой. — Я лишь хочу сказать, что я совершила тогда ошибку. Вероятно, ты меня за нее никогда не простишь. И Ханна не простит. Но я не повторю её вновь. Обещаю. 

Как Тень и ожидала, Нанна осталась к её словам безучастна. Она развернулась и зашагала к выходу из храма, думая о том, что совсем скоро, с восходом Зрячего начнется долгая дорога. И только богам известно, суждено им вернуться или нет.