Кружево

Неужели и я бы не почувствовала этой фальши в его голосе раньше? Неужели и мне снова предстоит пытка общения с ним? 

   В душе гнилой ягодой зрела тревога. Сердце подсказывало, что нужно просто сбежать из замка. Но мне хотелось узнать истину. Да и удастся ли мне просто так сбежать? Я же даже дороги в ближайшую деревню не знала. 

  Разговор прекратился. Я слышала, как тихо скрипнула дверь. Нужно было вмешаться. Нужно было что-то сделать. Но я не могла. Я боялась, что испорчу всё и тем самым сразу себя выдам.

Шли долгие минуты, я сидела возле двери, покусывая губы от злости и переживаний. 

  Наконец дверь, скрипя, открылась и тут же закрылась. Я не услышала шагов в противоположном направлении. Неужели он пошёл к Милдред? Не знаю. Но я не могла больше терпеть, поэтому вышла из комнаты и прокралась в покои Джессики. Коснулась ручки двери, сразу ощутив её неестественный холод. Я вошла внутрь. Было темно, и только свет из окна чуток разгонял сумрак. 

  -Джессика?- я спросила, не узнавая собственного писклявого голоса.

Ответа не было. 

   Я зажмурилась, чтобы глаза привыкли к слабому освещению. Затем позвала её ещё раз и сделала шаг вперёд и, споткнувшись, чуть не закричала. Джессика лежала на полу. Она была холодна как лёд. Кожу девушки покрывал иней. Моя подруга не дышала. 

  Я не знала что делать. Ноги задрожали, и я села возле её тела и зарыдала, не в силах отпустись руку подруги. 

  Что же делать? Что же мне теперь делать? Паника душила, как питон, сжимающий грудь и с каждым вдохом всё сильнее стискивала рёбра.

Я ещё никогда не была так расстроена и опустошена. Собственные слёзы на вкус были горькие и солёные одновременно. Моё сердце так сильно сжалось в груди, что казалось, оно вот-вот разобьется от боли и горя. 

  Не знаю, сколько я просидела в комнате Джессики. Может быть, всего лишь пару минут. Может быть несколько часов. Я услышала за дверью шаги и вовремя шмыгнула под кровать. Радуясь, что достаточно стройная чтобы туда протиснуться и замереть, наблюдая в тонкую щёлочку из под края покрывала, почти касающегося пола.

 

  -Подготовьте её,- с важным видом сказала самая высокая служанка графа и ушла. Две служанки, оставшиеся в комнате поставили канделябр со свечёй на пол и стали раздевать Джессику, до одной полупрозрачной сорочки, такой же, как и у меня. Я отчетлива, видела, как проступают рёбра на её животе. Как выпирают острые локти и ключицы.