Между мирами. Сквозь миры

А ты молодой, можно даже сказать совсем маленький мальчик, пытаешься отдать свою жизнь за неё. Она считает это неоправданным.

– Мне трудно в это поверить... – ответил Бел.

– Вспомни портрет в своём особняке, – неожиданно сказал Рен. – Он был написан, когда Люси было около 800 лет, а сейчас ей 3123, она тогда была совсем другой. И вот сейчас ты увидел, какой она была.

– На портрете она казалась очень надменной, – заметил Бел.

– В какой-то степени так и есть. Но я не считаю, что это ненормально, она ведь не абы кто, а Королева Ада.

Во мне высокомерия ещё больше, чем в ней, и ничего.

– Давно хотел спросить, кстати, – задумчиво молвил Бельфегор, слегка уведя тему в сторону, – кто на двух других портретах? Ты?

– Я стёр их специально сразу после твоего рождения, когда переродился как Акира, – ответил Рен. – Справа я, известный тебе как «Великодушный Король», а слева Эрвин – «Справедливый Король».  

– Почему именно такие имена? – вмешался Айрес.

– «Справедливый», потому что Эрвин разрешил демонам делать всё так, как им хочется.

А «Великодушный», потому что я раздаю демонам еду за просто так. Чем сильнее сжимается цепь, которая сдерживает их, тем больше провизии я им даю. Они видят лишь маленькие пряники, не замечая огромного кнута над собой, и зовут меня «Великодушным», хотя я таковым не являюсь.  

– И зачем ты стёр лица? – поинтересовался Бел.

– А сам как думаешь? – слегка разочарованно ответил Рен, не ожидавший столь глупого вопроса. – Зайди ты в комнату и увидь там портреты двух–/трёхтысячелетней давности, на которых ты и твой лучший друг – тебя бы это не смутило?

– Хм, и вправду.

.. Как-то не подумал об этом, – рассеянно и немного смущённо ответил Бельфегор.

– Я ничего не понимаю в политике, – присоединился Айрес, – так что объясни мне попроще, в чём значение этих имён Королей?

Рен тяжело вздохнул.

– Во времена нападения демонов на Рай «Справедливый» Эрвин сказал, что демоны могут сами выбирать, становится ли им монстрами–убийцами, жадно проливающими кровь белокрылых, или же они могут без лишней жестокости сражаться в этой войне.

За это ему дали такое прозвище. Ты не учил историю, я смотрю, да?

– Учил, – обиженно сказал Айрес, – просто я плохо понимаю то, что было так давно.

– Ну, – усмехнулся Рен, – по поводу меня всё ещё сложнее. За те 2 тысячи лет, что я правлю, в Королевстве появилось столько законов и запретов, сколько не было никогда с момента основания Ада.