Между мирами. Сквозь миры

Насчёт трусости могу сказать, что он просто до мандража боится потерять меня или допустить, чтобы мне причинили боль. Такой вот он: уничтожит всё и всех, но защитит меня. Так что зря ты думаешь, что Рен бесчувственный. Единственное, в чём вы различны – он не инфантилен. Это да. Ну, а так... есть, к слову, и более явная его слабость – демон, которого он до сих пор боится, спустя 3 тысячи лет.  

– Серьёзно?! Рен может кого-то бояться?

– Ага. И у всесильного Рена есть страхи. Но я не думаю, что ты с ним когда-нибудь встретишься, это не то существо, которое может просто проникнуть в нашу жизнь снова.

– Почему нет? – удивился Бел.

– Потому что он пропал очень давно и не давал о себе знать двадцать веков. Думаю, если бы хотел, он бы давно явился.

– А что за демон такой?

– Не уверена, что я могу такое рассказывать. Всё-таки, это личная тайна Рена.

– Жаль... – погрустнел Бельфегор. – Но это определённо очень забавно, что даже Рен, как самый сильный демон, может кого-то бояться. Видимо, это что-то психологическое?

– Можно и так сказать, – ответила я и решила сменить тему разговора.

– Кстати, чем тебя так привлекла Мэй?

– Мэй? Не знаю... Отчасти, наверное, она напомнила мне ту тебя, которую я много лет наблюдал на портрете в своём особняке, у тебя там очень холодные и грустные глаза, и у Мэй точно такой же взгляд.

– Разве? Я не замечала грусти. Как по мне, она наоборот развлекалась, живя с нами, пусть и недолгое время.

– Грусть была не явная, не в поведении, она будто где-то глубоко внутри сидела.

Мы в наших разговорах не заходили так далеко, но я думаю, что за три тысячелетия в мире людей она повидала очень много всего, и наверняка были моменты, которые оставили в её душе отпечаток.

– Я не уверена, что Мэй так уж опытна в плане жизни. Мир людей, конечно, очень подвижен, но, насколько я знаю, отец прятал её большую часть времени, как и прятался сам, потому что нестареющую парочку люди бы начали замечать почти сразу. Значительную часть жизни она провела в своей комнате, изредка выходя на природу и, я так предполагаю, не имея друзей.

– Это крайне печально, – вздохнул Бельфегор.

– Есть кое-что посерьёзнее ваших мелких неприятностей, – молвил грубый мужской голос сзади. Мы обернулись и увидели фигуру мужчины в сером капюшоне, облокотившуюся на ствол большого дуба. Его лицо закрывала чёрная маска, были видны лишь глаза, которые ясно давали понять, что это очень старый демон, возможно, старше меня в 2 или 3 раза.