Вершительница. Целитель и сид

Мне показалось, или его скулы под загаром покраснели? А он моложе, чем мне показалось сначала благодаря его уверенной и властной манере держаться. Собирался встретиться здесь с женщиной? Скорее всего.

– Ясно. Господин Эрне, как я могу найти вас, если вдруг выяснятся новые обстоятельства дела? – спросила я.

– Спросите у управляющего, где разместили делегацию наместника Энны, и там назовете охране мое имя. Вы позволите вас проводить, госпожа Твигги? – галантно предложил он.

– С удовольствием, – сказала я и, подумав, добавила, – Думаю, будет достаточно проводить меня до крыла слуг, а там я разберусь.

Лучше, чтобы нас никто не видел вместе.

– Да, наверное, вы правы.

***

Отдав управляющему слегка помятые расписки, я вернулась обратно в выделенные нам покои и присела отдохнуть на подоконник. После пережитого стресса наступил откат. Мысли лениво перетекали одна в другую. 

Интересно, кто отвечает за покушение? Неужели тот новенький «рыжик» у Шарля? Он не казался мне отъявленным злодеем.

Хотя кто я такая, чтобы судить? Большинство известных мне негодяев обладали приятной и внушающей доверие внешностью, что помогало им проворачивать свои делишки.

Заговорщики подкупили кого-то из труппы? Нашли повод надавить через семью или близких людей? Я искала им оправдания. Не хотела верить, что они сами, по своей собственной воле решились на такое.

За этими размышлениями меня застал Тито. Вообще-то, он довольно разумный и не относится к тем руководителям, которые третируют занятых ничегонеделанием подчиненных.

Мне никогда не приходилось изображать видимость бурной деятельности. Однако сегодня ему словно вожжа под хвост попала.

– Твиг! В чем дело?!! Мы тут все загнанные в мыле бегаем, а ты витаешь в облаках! А между тем у Оливии чуть не сорвался голос! Срочно сходи и прими меры! – прорычал красный и потный мужчина.

– Да ладно, всего на минуточку присела. Если бы ты знал, что сегодня со мной случилось… – я осеклась. – Уже иду! – крикнула я и выскочила из комнаты, прежде чем Тито успел что-то сказать в ответ.

Да уж… Я чуть не проговорилась. 

Когда я зашла в комнату, отведенную под гримерку, то застала привычную картину. Наша прима, яркая черноволосая женщина в синем бархатном платье с пышными юбками по последней имперской моде, сидела с красными от слез глазами и мелкими глотками пила «успокоительную» гномью настойку, которую подсунула ее горничная. Мой чуткий нос издали уловил этот дымный запах.