Там, среди звезд

Правителям планет, входивших в Содружество не нравилась растущая мощь ее вотчины, но им приходилось мириться с существованием, Анны и Малыша, особенно после того, как Питер свел с ума команду корвета, пытавшегося войти в систему звезды, вокруг которой вращалась его планета.

Большая часть команды являлась сбродом со всего обитаемого космоса, но несколько человек — землянами, и всего несколько месяцев назад они носили форму Военно — Космического флота.

В остальном жизнь была прекрасна. Они медленно, но верно двигались вперед.

В этом новом мире, возникновение которого происходило на глазах, не было места боли, болезням и преступлениям. Только труд, не иссушающий, лишающий сил, а труд, приносящий радость и удовлетворение. Место было любви — чистой, как вода в горном ручье, потому что она не несла в себе ревности и неуверенности.

Это было главным. Люди, жившие здесь, не опускали голов, и не сутулились. Они жили так, как подобает жить людям.

Никто не знает, каким будет будущее, нечего и гадать. Единственное, что может сделать каждый человек — жить в ладу с самим собой и своей совестью, и тогда мир вынужден будет становиться лучше. В таком деле лучше не спешить.

Однажды вечером Малыш сказал:

— С тобой хочет поговорить один… человек.

Давно такого не случалось, кажется, все, кто застрял в Малыше в виде информационных копий, уже передали свой последний привет.

Анна кивнула и ушла в спальню, легла, закрыла глаза, позволяя Малышу перенести свое сознание туда, куда требовалось.

Анна все еще не могла облечь свое знание о сыне в словесную форму, хотя теперь, кажется понимала его суть лучше, чем самого себя.

Она очнулась в саду, который горел осенней листвой. Небо над ним было бездонным и черным, а из-под шуршащего ковра листьев пробивался яркий солнечный свет.

Анна встала, чувствуя небывалую, забытую легкость здорового тела, от которой давно отвыкла и которую всегда обретала здесь.

Она подкинула ярко-алый лист, похожий на кленовый, и долго наблюдала, как он медленно парит вверх, к кронам деревьев, а потом возвращается назад.

— Здесь жил художник, проспавший курс физики в школе, — негромко сказала себе под нос. — И снились ему очень необычные сны.

— Вы почти угадали, — произнес чей-то голос. Существо, выступившее из-под тени деревьев не было человеком.

У него были большие, грустные глаза на узком лице, светло-голубого цвета.