Там, среди звезд

 Поднявшись повыше, Анна  кивнул на предложение деда  и обратилась к Расселу.

— Ты не против, если мы немного пошалим?

Сердце у Рассела неприятно ёкнуло, но он благодушно кивнул и на всякий случай выпил еще коньяку. И очень вовремя, потому что Анна, удостоверившись, что пассажиры пристегнуты, а пространство вокруг чисто,  сделала мертвую петлю.

Флайер швыряло туда-сюда, за мертвой петлей последовала «бочка», «кобра», «штопорная бочка», «атака гремлина», разнообразные виражи…

Ко всему прочему Анна еще и запела.

Как и многим людям, лишённым музыкального слуха, ей казалось, будто чем громче поешь, тем лучше. Она выбрал песню из прогремевшего недавно мюзикла про летчика времен докосмической эры. Особую пикантность ситуации придавало то, что в конце каждого куплета лирический герой вопрошал: «Долечу или разобьюсь?»

Сам сюжет мюзикла, который Расселу помнился достаточно смутно, тоже не вдохновлял: главный герой потерпел крушение в пустыне и сочинял для успокоения сказочки о мальчике, прилетевшем со звёзд.

Наконец песня закончилась, и Анна  выровняла флайер. Она обернулась, и  взглянула на Рассела. Глаза её  блестели от азарта, на губах  играла сумасшедшая улыбка.

Рассел нашел в себе силы криво улыбнуться в ответ.

В быту  Анна была неприхотлива  и совершенно не приспособлена. Что с неё возьмешь — ей никогда не приходилось заботиться о еде или одежде, все всегда за казённый счет.

Свою сумку она  разобрала стремительно, тем более, что там почти ничего не  было, и, со спокойной душой отправилась отдыхать.

Мама недовольно поджала губы, поставив Анне еще один минус в мысленном списке.  К счастью, она летела отдыхать на своем собственном флаейре,  бережно управляемым её личным пилотом, приноровившимся к её капризам.

Рассел, после пережитого стресса,  и выпитого коньяка, завалился спать еще засветло. Его разбудило скрежетание об оконною раму. На песке под окнами их дома, стоявшего на самом берегу, на отгороженном личном куске пляжа, стояла Анна.

Босая, простоволосая, в купальнике и какой-то белой штуке, намотанной поверх него.  И с мечтательной улыбкой на лице.

— Ты посмотри какая красота!

Рассел кое-как продрал глаза и уставился на воду. Океан, казалось, горел. Словно ненавистный космос пришел к порогу дома Рассела.

— Не то звёздное небо отражается в воде, не то светящаяся вода отражается в небе, — благоговейно произнесла  Анна, и заглянула в  лицо Расселу.