Там, среди звезд

У тебя два пути, Анна:  раствориться в нем, стать еще одной информационной копией, и бессильно наблюдать, как умирают люди, рушатся планеты, как он мечется, чувствуя вину и не понимая того, что он может сделать…

Анна  уткнулась  в колени и вздохнул. Рихард продолжал:

— Либо стать оператором. Остановить войну!

Анна  в ответ усмехнулась.

— Выбор не отличается разнообразием. Но что будет с моим телом? Ты… ты знаешь, как ты умер?

Рихард кивнул.

— Вероятно, сгнил заживо, предварительно хорошо помучившись.

— Я убила тебя,  — глухо сказала Анна. — Застрелила из нейробластера.

— Спасибо.

— Перед этим ты попросил меня о том, чтобы я тебя поцеловала. Ты… любишь меня?

Рихард молчал какое-то время, затем отвернулся и ответил:

— Любил. Рихард тебя любил. У меня его память, его внешность. Но я — не он. Я — часть всего этого. Как горы или птица. Я мёртв. Прощай, Анна.  

— Ты говоришь мне правду, или просто не хочешь причинять мне боли?

Рихард покачал головой.

— Я не хочу влиять на твой выбор. Не хочу, чтобы ты чувствовала вину.

— Мне не из чего выбирать! Я пришла  сюда, чтобы сделать всё возможное. И я это сделаю, чего бы мне это ни стоило.

— Прощай, Анна, — повторил Рихард и растаял во внезапно сгустившемся тумане.

А Анна  снова вернулась в огромный зал. Малыш больше не плакал. Он с любопытством посмотрел ей  в глаза.

— Ты не бросишь меня, правда?

— Правда,  — ответила Анна.

— Я знаю, — кивнул он. — Люди хотят странных вещей: убивать и причинять другим боль. Я не хочу это исполнять. Я хочу делать хорошие вещи. Когда мы станем симбионтами, я не буду слышать их мыслей. Мне не нужно будет исполнять их.

Анна поцеловала малыша в лоб.

— Тебе пора,  — тихо сказал малыш. — Иначе ты тоже растворишься. Мне очень жалко, но ты будешь болеть. Сильно будешь болеть. Зато мы сможем общаться, где бы я ни был… Пока. Пожалуйста, сделай так, чтобы люди немножко выросли!

— Пока, — ответила Анна, чувствуя себя крайне странно, будто бы ее вывернули наизнанку, а потом собрали заново.

Анна  очнулась уже в истребителе, едва не крича от невозможной боли. На корабле её встретили медики и отец Себастьян. Она  ещё  успела коротко доложить об обстановке и провалился в забытье. Анну  разбудили довольно грубо, принялись допрашивать, и она  с трудом, но сумела их успокоить.