Там, среди звезд

— А малахит? Это защитный камень. В древнем Риме его вешали над колыбелью.

Анна помотала головой, показывая, что не хочет об этом говорить. Отец Себастиан принялся собираться — Анна была не единственной на корабле, кто жаждал утешения. Рассел решился наконец зайти в палату. Это была не первая их встреча, но до этого их окружало слишком много людей. Рассел присел рядом с кроватью, не поднимая глаз, и разглядывал? узор на одеяле, которым был укрыта  его жена. Анна пошевелила пальцами, привлекая внимание.

— Что? — спросил Рассел.

— Ты хочешь что-то написать?

Анна бледно улыбнулась. Рассел подложил ей под руку планшет. Какое-то время они оба молчали. Анна сосредоточено набирала текст, а Расселу просто нечего было говорить.

Сегодня утром его вызвал к себе адмирал Корсини, ставший главнокомандующим после смерти деда. Он озадачил Моргана, предложив ему осуществлять слежку за собственной женой. Якобы, у контрразведки есть к ней вопросы, которые не стоит задавать в лоб. У какого-то параноика возникла мысль, что Анна  могла заключить с Врагом некое соглашение.

И кто знает, чем это может обернуться для человечества?

Расселу стало смешно — Анна, само благородство, вступила в сговор с противником? Легче поверить в то, что луна сделана из сыра! Потом он долго об этом думал. Сознательно его жена никогда бы не совершила предательства, но что если её обманули? Кто знает, знает что способна изощренная логика Врага? Никто не знает.

Расселу дали карт-бланш на любые действия, лишь бы они принесли результат и не всколыхнули общественность.

Подполковник Анна Морган-Воронцова была сейчас всеобщей любимицей, обходиться с ней следовало как можно бережнее. Бережнее — значит никаких допросов и прочих нелюбезных действий.

Анна наконец дописала свое послание. Это далось ей нелегко — пальцы не слушались.

— Надо развестись. Счета оплачивать буду. Не беспокойся. — прочитал Рассел вслух и рассердился. Ей легко говорить! Её теперь на руках носить будут. А где останется Рассел? Бывший муж героини….

Это просто отвратительно!

Нет уж, дорогуша! Никуда мы друг от друга не денемся, подумал Рассел, а вслух очень мягко сказал:

— Ну что ты, милая. Раньше у нас не все было гладко, это правда — тут уж я виноват. Но мы ведь можем начать все сначала.

Анна снова попросила планшет:

«Зачем тебе калека. Деньги нужны? Отдам».

— Зачем мне калека? — переспросил Рассел. — Милая моя, ну что ты! Когда я узнал о том, что могу потерять тебя, действительно потерять… Я так испугался.