Там, среди звезд

Анна надеялась, что те здорово посмеялись, расстраивая их!

Рассел, несмотря на проснувшиеся у него замашки абьюзера, был, как бы это самонадеянно не звучало, не главной проблемой. Он был скорее следствием опалы, инициатором которой являлся, разумеется, адмирал Корсини, обуреваемый желанием заполучить власть над миром.

Именно по этой причине Анна не стала обращаться за помощью к своим сослуживцам — Корсини мог им здорово подгадить. Чтобы все получилось так, как задумано и без лишних жертв, этот путь придется пройти одной.

Такова жизнь — человек рождается в одиночестве, страдает в одиночестве и уходит таким же одиноким. Хотя, Анна-то больше не одна…

Размышления пришлось прервать совершенно неожиданно — ошейник-нейростимулятор начал бить током. Анна схватилась за горло, пытаясь снять его, и тихо вскрикнула, услышав торжествующий голос супруга:

— Думала, сбежишь от меня, детка?

Анна только усмехнулась, поднимаясь со скамейки. Она никогда не демонстрировала мужу, насколько далеко продвинулась в управлении собственным телом, не собиралась этого делать и впредь.

Они были почти одного роста, но Рассел чуть-чуть выше. Так что Анне не приходилось задирать голову, чтоб взглянуть в глаза, ни Расселу опускать. В глазах его было столько торжества, похоти и предвкушения, что Анна содрогнулась от мысли о том, что ей предстоит.

«Я совершенно сломлена, Рассел. Подавлена, напугана… мне больно, я устала. Тебе не надо меня бояться.

Анна добилась своего — заставила мужа перестать притворяться. Они вместе спустились под землю, сели в машину Рассела, и уже там он сказал:

— Во вторник ты пройдёшь медицинское освидетельствование, детка. Тебя признают нуждающимся в опекуне. Можешь не напрягаться. Хоть «Илиаду» читай им в оригинале, хоть трехзначные числа умножай. Я все равно получу право опекунства!

— По крайней мере, ты перестал притворяться, — ответила Анна. — Значит ты не такой трус, как я думала.

Рассел с интересом взглянул на него.

— А ты все такой же рыцарь без страха и упрека. И без мозгов, детка. Кодекс мешает молчать в тряпочку и нападать без объявления войны?

— Мне до тебя далеко, милый, — очень мягко ответила Анна.

Рассел со свистом втянул воздух в лёгкие.

— Ты нарываешься… — порычал он. — Но это ненадолго. Я тебя сломаю, детка.

— Не сомневаюсь, — ответила она и посмотрела в окно.