В ловушке двух миров |

— Сколько вы выпили? Много алкоголя вредит здоровью, вы ведь знаете. 

В воздухе витал алкогольный смрад. Запах был очень сильным и едким. Благо, что я не использовала магию для обострения чувств. Иначе наверняка бы ухнулась в обморок. Зато магия пошла на более полезное дело. Пара взмахов кистью руки, и весь алкогольный амбре уменьшился до размера маленькой тучки, а после и вовсе исчез. 

— Уходи. — сказал тот вместо ответа, и вновь приложился к горлышку.

Недовольная таким раскладом, я спустила с пальца искринку, и бутылка тот час же переместилась мне в руку.

 

— Я уйду когда вы поедите. — голос был четким и ровным, как если бы мать отчитывала свое дитя. 

Магистр хмыкнул. Нет, его ничего не забавляло. В этом смешке чувствовалось явное раздражение. А затем он медленно встал, подошел ко мне, и я ощутила, как по телу пробежало стадо мурашек. Отнюдь не самое приятное чувство. Меня будто окатили ушатом ледяной воды. Посмотрели не просто сверху вниз, а так, словно я была ниже всего в этом мире.

Тамари не была права, также как и я. Магистр смотрел на меня даже ниже, чем я предполагала. Он выхватил из моих рук бутылку и собирался вернуться в кресло, когда я ловким движением одной рукой ухватила его сзади за талию, а другой попыталась отобрать у него бутылку.

— Что ты делаешь? — возмутился недовольный голос с легкой, едва уловимой хрипотцой.

— Перестаньте. — только и смогла вымолвить я, оставив попытки вырвать бутылку и просто застыв за его спиной, продолжала удерживать руку на рельефном торсе.

 

В тишине снова раздался нервный смешок:

— Разве не я должен был это сказать? — он слегка отстранился и медленно повернулся ко мне. Мой взволнованный взгляд встретился с его серьезным. — Чего ты добиваешься? — тихо спросил он.

Я стояла и смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Вечно бойкая и уверенная я против собственной воли робела перед ним. Слабый запах спиртного и аромат парфюма действовал на меня странно. Меня, семнадцатилетнюю девчонку, интересовавшуюся учебой больше чем парнями или модными побрякушками, непреодолимо тянуло к этому мужчине, и кажется, я не могла больше это отрицать.

Пусть это не любовь и не страсть, пусть мы вечно ругаемся и не можем найти общий язык, но этот взрослый мужчина привлекал меня. И видеть, как он опускает руки, напиваясь в углу своего мрачного кабинета, было неприятно. А раз неприятно, значит нужно что-то делать. 

— Я добиваюсь вашего сытого желудка и ясного ума.