400 страниц моих надежд

Или, вернее сказать, Рестанг?

«Это был самый эротичный сон в моей жизни. Я не просто реализовала все свои фантазии, но познала немало, открыв новые грани своей чувственности», — мечтательно подумала я.

И тут же с ужасом почувствовала, что моим телом действительно овладела неимоверная нега, я лежала спиной к лероссу, а тот обнимал меня за талию, прижимая к себе. При этом ночная рубашка сверху почти сползла, оголяя набухшие от все еще не до конца отпустившего возбуждения груди, а подол задран настолько, что я ощущаю прижимающееся к моим обнаженным ягодицам мужское тело… к-хм… с вполне явственной эрекцией.

Аккуратно, стараясь не разбудить Ворона, опустила руку вниз, провела ею по внутренней стороне бедер, с ужасом почувствовав, что там слишком уж влажно. Затем так же осторожно провела ладонью по телу обнимающего меня мужчины и с облегчением вздохнула — тот был одет. Стоп, а в том сне, или не сне, он был одет? Что ему мешало просто-напросто достать кое-что из штанов или натянуть их обратно после завершения полового акта?

— Черт, черт, черт, — откатываясь в сторону, пробормотала я, осознав, что леросс вечно гуляет в моих мыслях, как у себя дома, а значит, даже если между нами в реале ничего и не было, то мой сон, и уж тем более последующие мысли, он точно видел!

— Да, детка, это было феерично, — отозвался на мои мысли приоткрывший один глаз Ворон.

И надо же такому случиться, я — да-да, я покраснела.

Глава 20 Поль. Появление отца

После исчезновения Милы я стоял, словно громом пораженный.

— Что это было? — подала голос Сейла, растерянно переводящая взгляд с того места, где мгновение назад стояла моя жена, на меня и обратно.

— Она… отправилась к нашему отцу, — ответил, сам еще не до конца осознав тот факт, что ей действительно в полной мере подчинилась магия нашего рода.

Как такое возможно? Я, Сейла, Винс в конце концов, мы потомки драконов, а Мила? Неужели и ее род берет начало от крылатых? Хотя почему бы и нет?

Ночь прошла, словно в бреду.

Трое суток без сна давали о себе знать. Я то проваливался в сон, то выныривал из него, прислушиваясь к ровному дыханию брата. Дремавшая в кресле сестра то и дело тоже просыпалась, подходила и проверяла, нет ли у него жара.

Очередное пробуждение заставило меня вздрогнуть — раздался громкий стук в двери.

— Кто там? — робко поинтересовалась Сейла, с надеждой взглянув на меня.

Я лишь плечами пожал. Пришлось вставать и идти к двери.