Белый танец

Но почему это сомнение не давало ему покоя? Кому он изменил? Кому он изменяет? Почему даже сейчас, когда он, закрыв глаза, вслушивался в торопливое биение сердца одной женщины, для которой он готов сделать все, мысли о другой никак не покидали его? И это понимание стыда перед ней тоже, стыда перед ними обеими, вызывало ужасное чувство. Но образ Даны совершенно не желал покидать его мысли.

Сердце королевы продолжало биться еле слышно, но равномерно и спокойно. Чувство покоя передавалось и ему. Он уже не так судорожно сжимал ее ладони, и тепло женского тела постепенно наполняло его забытой негой и ощущением безмятежности.

Он словно плавал на теплых волнах ее дыхания и наслаждался тишиной.

Тишиной? О нет!

Фиона что-то еле слышно шептала, даже напевала, и ему было невообразимо больно отрываться от нее в это мгновение. Но тишина! Гром орудия пропал. Это что-то означало. Но разбираться было некогда.

- Где все? Где все люди?

К кому он обращался? Фрейлины смотрели на него с недоумением. Маг заметил, как у одной из них задрожали губы.

Только бы не разревелась. Все происходящее было выше их сил и понимания. Реган уже встал на ноги. Вопрос остался без ответа, но на самом деле мужчина понял — здесь остались только эти две девушки. Остальные, обычно столпившиеся у трона, ищущие любую возможность обратить на себя внимание, сделать что-то бессмысленное, но заметное, исчезли как по взмаху волшебной палочки. Струсили.

Фрейлина наконец превозмогла свой страх.

- Они все ушли. Королева их отпустила. Приказала спасаться.

Маг обернулся, и в ответ на его вопросительный взгляд Фиона медленно кивнула.

- И они бежали? Все? Расползлись как тараканы?

- Мы остались. Я и Аннабель. И мы не знаем что делать.

Две девушки остались. А люди с должностями, со званиями, с обязанностями, они кинулись спасаться сами, чуть только получили малейший повод избежать угрызений совести. Впрочем, вряд ли им грозили такие муки. Они сейчас мчались по улицам города, пытаясь спасти свои душонки, тряпье и заработанные деньги за годы “верной”, как они считали, службы.

И, может быть, в их душах не было даже капли благодарности, только страх.

- Не сердись, Реган. Вокруг меня происходит ужасное. И я чувствую, что это еще не конец. Кажется, Неделимый покинул нас, и все несчастья обрушились на меня, на тебя, на нашу страну. Легенда может оказаться правдой. И ты, ты тоже должен идти, бежать. Я боюсь, что на тебя будут охотиться, так же как на меня.

Такой глупости он вытерпеть уже не мог.