Сердце пустыни

Волосы старого вояки были белее снега, колючие голубые глаза неласковоглядели из под лохматых бровей, левую щеку пересекал старый шрам.

На соседнем стуле удобно устроился пожилой  монах. Отец Николай отправлял службы в небольшой часовне при замке, крестил детей и отпевал усопших, а также учил дочь хозяина чтению, письму и святому писанию.

 Пустое кресло справа от графа предназначалось Брониславе, рядом  сидел Ротгар фон Райзенхорст. Пыльную кожаную куртку и кольчугу сменила бархатная вишневая туника до колен,  черные блестящие волосы аккуратно расчесаны и стянуты сзадикожаным шнурком.

Вампир чувствовал на себе любопытные взгляды и выглядел немного растерянным. К столу подошла девушка в голубом платье. Густые темные волосы смирял серебряный обруч, смуглое лицо с большими серыми глазами показалось ему очень знакомым.  Юная госпожа была как две капли воды похожа на отчаянную Славку, даже царапины на щеке и переносице были те же.

 - Это и есть моя дочь Бронислава, прошу любить и жаловать! Девочка моя, этот молодой человек - сын моего покойного друга, Конрада фон Райзенхорста, о котором я столько тебе рассказывал.

Бронислава, опустив глаза, пробормотала, что рада знакомству. Тетя Эдита удовлетворенно кивнула, наконец-то племянница показала себя благовоспитанной и скромной девушкой.

Её отец не обратил внимания на смущение дочери и  снова обратился к гостю:

-Ты, значит, в Ровнице служил.

Маленький городишко, тихий, а немалой кровью нам достался! Не хотели фризы его отдавать, долго цеплялись.   Но мы их тогда хорошо проучили!

-И в Ровнице, и в Устке, и в Кошалине. За два года везде побывал. Лезут к нам, как мухи на мед, как будто и не было мирного договора! Жгут деревни, грабят и убивают крестьян, добром это не кончится! - Ротгар сердито замолчал, не желая воскрешать в памяти неприглядные картины людского горя.

- Их стало слишком много, вот и разевают рот на чужую землю. - заметил Томаш, которому наглые соседи были знакомы не понаслышке. - Будет еще одна война.

Эдита испуганно ахнула, Бронислава, забыв о смущении, с интересом прислушалась к беседе старших. Отец Николай неожиданно вмешался в разговор:

- Возможно, вы правы, пан Томаш, но я слышал нечто совсем другое. Весь христианский мир скоро объединится, чтобы защитить свои интересы.