Прятки

Стишки писать? Ну, уж нет, это я по молодости этой глупостью занимался – вплоть до пятого воплощения рифмами маялся. Пока вдруг не понял – пустое это. Причём – пустое в квадрате. Во-первых, никому кроме меня самого эта поэзия не принесёт должного понимания. Посудите сами – как можно понять строчки, так певуче и красиво перекатывающее на языке. Эти строчки и словечки обычно воспринимаются как просто-напросто миловидный словесный узор. А вот для того, чтобы Вас поняли, нужно говорить как можно проще и скучнее.

В этом случае структура слов вообще окажется неважной. Речь окажется лишь вспомогательным транспортом для донесения этого самого смысла.

«Она предсказывать умела и гадала,

И точный мир казался странным, чуждым ей…

Она хотела знать и этим жить…Она искала

Свой путь средь тысячи чужих смертей…»

Ну, вот, что называется – сам же и накликал. Разорялся-разорялся тут, да вдруг стишатами и разродился нежданно-негаданно. 

А вы спросите – ну и зачем ты здесь? Под балконами, как и прежде, торчать, да от людей шарахаться? Вероятно, вы так и ответите, да и, кстати, будете правы.

Последнее воплощение, последний век кошачий разменял уже, а так к разгадке и не приблизился. И самое интересное – и загадку-то саму узнать бы.

Ведь у нас – кошек – как устроено. Всё движется к цели. Минута за минутой, шаг за шагом – и на всё это, ни много ни мало, а девять жизней выделяется. А вот сделал дело – гуляй смело, чем мои братья и сёстры и маются в течении своих воплощений.

Удаётся им, видите ли, решить все свои высокие цели сразу же, не отходя от кассы. А вот не повезло. Ни проблемы, ни решения. А жизнь уходит-убегает, не оглядываясь.

4 Глава (1939 год. Неизвестное село)

Рассвет сегодня медленно и лениво выкарабкивался из облака прохладного тумана. Лиза проснулась ещё за час до того, как начало светать. Она неподвижным комочком лежала в своей кроватке и старательно всматривалась в узоры коротенького коврика, висевшего над её кроватью с тех самых пор, когда она могла бы помнить себя.

Забавные стручки-солдатики, залихватски скособоченные в разные стороны – вот что она видела в этих узорах. И каждое утро на выцветающей плоскости коврика, а если быть точным – за границами этой плоскости, гораздо глубже этих границ – происходили кровавые баталии, увлекательные истории, исполненные интриг и приключений, непосредственным свидетелем и творцом которых сама девочка.

Скрипнули половицы.