Там, высоко-высоко

Лицо было бледным и осунувшимся, отчего глаза казались зелеными блюдцами. Платье… С сомнением окинула себя взглядом. Оно мягко облегало фигуру, а лисий мех приятно щекотал шею. Вряд ли я решилась бы выйти в нем на улицу, но мне нравилось. Оно было теплым и каким-то домашним. Как и пушистые туфельки без каблуков, которые я нашла у кровати.

Что бы Лоран ни говорил, он заранее подготовил эту комнату для меня. Теперь не было ни малейших сомнений. Так или иначе он пытался добиться желаемого. И добился. Добровольно оставшись в его квартире, я почти переступила грань.

Моя вера, что я могу быть свободной и независимой, сейчас пошатнулась значительно сильнее, чем в тот день, когда мистер Бесон заключил на меня пари.

— Пора бы тебе взрослеть, девочка, — сказала я своему отражению. — Кто ты такая, чтобы пытаться перекроить мир на свой лад?

Отражение взглянуло с такой укоризной, что стало стыдно. Я резко отвернулась от собственной совести и поспешила выйти из комнаты.

Лорана я застала в столовой.

На обеденном столе горела алхимическая спиртовка, на которой с трудом помещалась кастрюлька. Некромант одной рукой осторожно помешивал кипящую в ней массу, а другой неумело орудовал венчиком, пытаясь взбить в миске желтки. Рядом с горе-кулинаром лежали скорлупа и обертки от шоколада, баночки со специями и раскрытая тетрадь, в которой он что-то напряженно вычитывал, морща лоб. Выглядел некромант при этом крайне сердитым, что неудивительно. Кастрюлька, ничем не придерживаемая, чудом балансировала на огне, а венчик выбивал из миски фонтан желтых брызг.

— Помочь? — невольно улыбнулась я.

Лоран поднял голову и застыл, глядя на меня. Это привело в замешательство. Все-таки зря я согласилась надеть это платье. Эта была проверка, и я ее не прошла... 

— Демоны Ада! 

Вопль Лорана заставил прекратить самотерзания и паническую мысль сбежать. Кастрюлька все же опрокинулась. Он чудом умудрился поймать ее, но сразу же с проклятиями выпустил снова и принялся дуть на обожженную руку.

— Больно? 

Я подбежала и заставила показать ладонь. Она покраснела, а на пальцах быстро вздувались волдыри. Нас учили основам тех областей целительства, что не требовали много магии. Я принялась нараспев читать заговор, легким касанием рисуя на воспаленной коже животворящий знак — один из немногих, что таким, как я, было положено знать. А шепча, как ни старалась, все никак не могла прекратить улыбаться.

— Ужасно глупо, — признал Лоран.