Там, высоко-высоко

Узнала и арку, через которую рыжий паяц провел меня в комнату-склеп, где проходил спецпрактикум. В этот раз мы направились в противоположную сторону. И когда через пару поворотов нам преградила путь очередная решетка, Лоран снова заговорил.

— Астра, я понимаю, что творится в твоей голове. Правда, понимаю. И глупо сейчас было бы каяться перед тобой. Говорить, что мы все осознали и теперь никогда не поступим так, как наши отцы. Но я хочу, чтобы ты посмотрела на тех, кто может придти вместо нас. И сделала выбор…

Световой шарик вспыхнул и взлетел под потолок, осветив участок туннеля за решеткой: небольшой, метра три в глубину.

В отличие от остального подвала, коридор здесь был обит стальными листами. 

Лоран развернул меня и заставил взглянуть на себя. 

— Астра, то, что сейчас произойдет… Это не опасно. Я все контролирую. 

А потом вытащил из наплечной сумки нож. Ритуальный, гнутый, с тонкой блестящей кромкой на иссиня-черном клинке. Неуловимое движение, и ладонь некроманта наполнилась кровью.

Он выплеснул ее за решетку, привычно быстро перебинтовал рану носовым платком и крепко обнял меня за плечи. 

— Смотри внимательно, Астра, — прошептал он. 

Заинтригованная, я уставилась в пустоту за решеткой. 

Сначала ничего не происходило. Дыхание Лорана и стук моего сердца были единственными звуками в этом мрачном месте. А потом появился страх. Липким потом заструился он по спине и холодным обручем сдавил грудь. Чернота за решеткой заворочалась, а потом из нее метнулось в нашу сторону три темных сгустка.

Решетка содрогнулась. 

Все произошло столь быстро, что я даже отпрянуть не успела. Вот только что коридор был пуст, а теперь в железную ограду иступленно бились ужасающие создания не поймешь какой расы: одежда свисала с них серыми клочьями, плоть местами прогнила до костей, из ртов и носов стекала зеленоватая субстанция, а глаза глубоко ушли в глазницы и горели оранжевыми углями. Словно пытались прожечь насквозь. При этом монстры не издавали запах гниения.

Они вообще ничем не пахли.

Все это я наблюдала, находясь в каком-то странном отстраненном состоянии. Словно это происходило не со мной, а с кем-то другим. 

А потом появился еще один, четвертый. Вышел он из черноты не торопясь. И хоть одежда на нем тоже практически истлела, нес он ветошь, как королевские одеяния. Другие твари расступились, когда он подошел к решетке и сжал прутья костлявыми пальцами с заостренными ногтями синюшного цвета.