Северные истории. Книга I.

Все девятнадцать захоронений принадлежали взрослым мужчинам, останки их жен и не доживших до совершеннолетия детей были помещены в виде праха в один украшенный барельефами ковчег, установленный в центре залы. Все имена и надписи на каждом из гробов были аккуратно сбиты, а сколы отполированы до гладкой поверхности.

— Вот это да, — протянул Ратольд, с искренним восхищением разглядывая саркофаги. — А мы покойников просто топим в болоте.

— Это старая усыпальница Фержингардов, — почтительно прошептал Элейт.

— Старая? А есть еще и новая?

— Да, та, в которой похоронены последние Фержингарды, находится восточнее Кейремфорда.

А этой не пользуются уже несколько сотен лет. Бабушка рассказывала мне об этом.

— Кто-то, видимо, пользуется…

Общая планировка подземной части склепа была слишком простой, чтобы можно было заблудиться, но количество помещений и коридоров не могло не впечатлять. Большие залы с множеством каменных гробов соединялись друг с другом узкими и низкими коридорами, в которых, впрочем, тоже могли стоять несколько более простых саркофагов, вплотную прижатых к стенам.

— Осторожней, — предупредил Ратольд, указывая на яму в полу, закрытую полусгнившей деревянной решеткой. Присев на корточки, чтобы осветить дно ямы, он усмехнулся: — Смотри-ка, кого-то, видимо, решили похоронить, не дожидаясь кончины.

— Время до Эстерга — темное время… — тихо проговорил Элейт.

Еще через несколько залов захоронения стали меняться — теперь крышки саркофагов были тонкими, украшенными резьбой или просто гладкими, а статуи изображали покойных стоящими в полный рост, и в этом было что-то жуткое, так как глаза у всех скульптур были закрыты, а кисти рук сложены на груди или безвольно опущены.

Элейту уже давно и невыносимо хотелось покинуть усыпальницу и вернуться в замок, но вместе с тем он чувствовал, что не может этого сделать, так сильно завораживало его это место.

Какой-то странный звук он различил, еще когда они с Ратольдом проходили по очередному коридору, и поудобнее перехватил рукоять меча, который не выпускал ни на минуту.

Звук этот был похож на писк летучих мышей, которые в большом количестве копошились под потолком, но его источник был не сверху, а где-то рядом. Пройдя еще несколько ярдов вперед, сир Кристов понял, что шум доносится из одного из саркофагов. На простой гладкой крышке была выбита золотом надпись: «Здесь лежит Хенмунд Фержингард, прозванный Благоразумным, лорд замка Кейремфорд, глава своего дома и вассал Эстерга Покорителя Севера».