Северные истории. Книга I.

Лейлис перспектива переезда в новые покои не слишком обрадовала. Она уже привыкла к той комнате, которую делила с мужем в течение последних месяцев. Покои леди Бертрады были больше и богаче обставлены, при этом в каждой мелочи — правильно разложенных вышитых подушках, многочисленных резных шкатулочках, регулярно чистившихся от пыли шнурах с пышными кистями, поддерживающих у изголовья складки бархатного балдахина — явно чувствовалась женская рука. И все-таки Лейлис не могла отделаться от мысли, что именно в этой комнате, на этой самой кровати умерла леди Бертрада.

— Вы будете жить здесь со мной или выберете себе другие покои? — спросил Эстергар.

— Почему я должна выбрать другие покои? — удивилась Лейлис.

— Вы говорили раньше, что так принято у вас на родине. Я запомнил.

— Нет, меня вполне все устраивает.

Еще немного подумав, она пришла к заключению, что Эстергхалл — такой древний замок, что наверняка в каждом его помещении кто-то когда-то умирал, и это не повод отказываться от положенных по статусу покоев.

***

В девятый траурный день после смерти матери и в девятую годовщину смерти отца Криансу исполнилось девять. Мальчик бродил неприкаянным по замку, как обычно бывало, если только брат не находил ему полезное занятие в тренировочном зале или в библиотеке. Подарков в этот день он никогда не получал — очередная годовщина смерти прежнего лорда была более важным событием, исключающим всякие увеселения. Но на следующий день после траурной даты Лейлис решила все-таки порадовать ребенка.

Утром, как только Крианс отмучился с переводом очередной части длинной баллады о Покорении Севера, Лейлис позвала его выйти прогуляться, намекнув между делом, что приготовила ему небольшой подарок. Крианс, заинтересовавшись, последовал за ней в рощу. Дубовая роща считалась местом безопасным, особенно в начале осени, когда шел сбор желудей, и родители привлекали к этому делу детишек, начиная с трех-четырех лет.

Чтобы сделать подарок для маленького брата лорда, даже не понадобилось отвлекать замкового плотника от работы над креслом из черного дерева с ножками в виде звериных лап с посеребренными когтями.

Лейлис изложила свою просьбу парнишке-подмастерью, и тот управился за неполный час, даже не спрашивая, что он, собственно, делает и зачем. Отполировав как следует крепкую дощечку указанного размера и проделав по краям два отверстия, помощник плотника продел в них две толстых пеньковых веревки и закрепил каждую двумя железными скобками.