Рожденная царствовать (книга 1, "Крушение идеалов")

 

- Дети от законной жены – вот настоящие принцы крови. Особенно если эта кровь будет с примесью королевской, как ты рассчитываешь! И не думаю, что они будут рады присутствию бастардов во дворце. 

- Мне неинтересно, чему они будут рады, чему не будут. Я имею право признать бастардов законными детьми. И передать титул. 

Мелет смотрел неверящим взглядом и только тихо качал головой: 

- Поверить не могу, что это говоришь ты... Ты! Человек, который так настрадался от самодурства отца! Законный сын, которого герцог с детства приучал к мысли, что титул перейдет не к тебе, а к кому-то из детей фаворитки! Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? Ты ведь идешь по тому же пути, что и отец, след в след.

.. 

Элим застыл. А ведь и правда... Он-то был уверен, что сам придумал такую хитрость. А теперь понял, что просто слишком похож на отца, то есть разум не отвергает те методы, которые его самого всегда возмущали. Просто о Регине он думал как о любимой женщине, а мысль о детях его вообще не посещала.

А когда Мелет задал вопрос, он тут же увидел путь, по которому шел его отец. 

Получается, что отец был не так уж неправ?.. 

Нет, глупости! Отец был неправ и по отношению к сыну, и по отношению к первой жене. 

Тогда сейчас неправ он сам? 

Совсем запутался... 

Видя его недоумение, Мелет сказал: 

- А ты подумал о том, что если ты передашь в будущем титул бастарду, то законному наследнику это не понравится? Как в свое время не нравилась эта мысль тебе самому.

Да и королевская семья такого не позволит. А иначе зачем ты планируешь породниться с королем? Он ведь из-за твоего самоуправства может вообще отобрать у тебя титул и передать прямому наследнику, даже очень юному. А тебя и твоих бастардов просто сошлет в дальние земли. Или вообще изгонит из королевства. Так для чего тебе планировать брак с кем-то из королевских родственниц? Советую тебе все же подумать, как помириться с Региной. Может, написать ей покаянное письмо? Обида ее постепенно уляжется, а письмо смягчит ее сердце.  

Элим отрицательно покачал головой. Не будет он извиняться и каяться! Иначе что же он за правитель? Он же – герцог, он сюзерен, и этим всё сказано! А Регина всё равно согласится, ей просто деваться будет некуда. 

Глава 17

Правда, сама Регина так не считала. Для нее Элим умер, больше никакие отношения с ним были невозможны. Восстанавливаясь после болезни, она подолгу размышляла. Даже к полевым работам потеряла интерес.