Пряча крылья за спиной

* * *

Дома Анна переоделась в выходное платье и начала наводить марафет перед зеркалом. Заведение, куда ее пригласил Накер, не было таким уж прекрасным рестораном, средняя забегаловка, но ей хотелось отыграться за музей. Сама не представляла, в какую сторону. Но больше Анна себе не позволит выглядеть такой скромной и встрёпанной. Каштановые волосы после причёсывание легли в ровное каре, бледные молочные щёки подкрасились румянами, ресницы слегка удлинились от состава на специальной щёточке. В таком виде можно брать на абордаж любого мужчину! Погладив любимого котика Честера, она улыбнулась себе в зеркало и вышла из квартиры.

Городок Муром скромный. Даже в центре города часто пахнет лесом, от того уютнее и грустнее, что здесь, пока что, не цивилизация в полном смысле этого слова. Тем не менее, уезжать Анна никогда не думала. Там, где больше зарабатывают, еда дороже, забот больше, да и трудоустроиться ничуть не проще. А тут есть все, что нужно для жизни и веселья. В том числе, и уютное заведение, где подают приемлемые по качеству блюда, и можно посидеть и пообщаться.

Кафе так и называлось - ''Кафе''. Днём оно кормило туристов, что рассаживались за заранее накрытые столы, будто гусарский отряд, разномастный, загулявший, но не растерявший сплочённости и доли муштры. Вечером оно становилось свободнее и служило отдыху местного населения. Играла музыка, работал телевизор с выключенным звуком, отовсюду слышались разговоры, смешки, позвякивание приборов, и редкий пьяный вскрик. Но сейчас, пока смены не кончились, место было вполне терпимым, и Анна поняла, что не зря отпросилась с работы пораньше.

А вот и Накер, сидит за столиком. Уже накрытом на двоих, и весьма обильно - целиковая курица в травяном соусе на каждого, две бутылки вина, обширная миска греческого салата, вазочка с белым и чёрным хлебом. То ли эпикурейство, то ли обжорство - Анне хватило бы такого питания на неделю, без шуток! Странный господин с английской фамилией, наверное, решил заместить качество дорогих деликатесов количеством и изобилием, ведь Кафе не могло предложить ни устриц, ни болоньезе, ни свинины, тушёной в чешском пиве.

- Надеюсь, примешь мои извинения? - улыбнулся Накер, вставая и отодвигая для неё стул. - Мне кажется, я слегка напугал тебя...

- Скорее, ошеломил напором, - кивнула девушка, присаживаясь. - Но извинения приняты. А что же это за карта?

- После ужина объясню. Все серьёзные разговоры лучше вести, когда ничего не отвлекает - в том числе, и голод.