Северный путь

Дорога назад отыскалась на удивление быстро: то ли лес поредел, то ли помогли метки. Через несколько часов путники уже выбрались на поляну возле болота, где остались фляга и одежда Финиста. На месте маслянистых пятен прорастали белые кувшинки одолень-травы, вода очищалась.

Рядом пасся табун из четырёх лошадей. Похоже, Золотинка, учуяв хозяина, согнала сюда своих товарищей. Пустельга счастливо фыркнула, завидев людей. Толстун, не обращая на них внимания, продолжил стричь пожухлую траву. Яшка отвернулась, негодуя, что её бросили.

Но стоило подойти к ней поближе, как кобыла подставила морду, чтоб её почесали между ушей.

Дело шло к закату, и путники решили дождаться утра на поляне. Когда доедали ужин у костра, мимо пролетел рой светляков. Теперь они мерцали ровным жёлтым цветом.

– Подложные сороки! – встревожился Ждан. – Это они нас в ловушку загнали!

– Видно, Ягиня создала их, чтобы заманивать людей в своё логово, – пожал плечами Финист.

– Нет, это болотные огоньки, – возразила Герда. – Волшебство Ягини превращало их в злых сорок-падальщиков.

Теперь они освободились, но не исчезли, как терем.

– Куда это они? – удивилась Дугава.

– Новый дом ищут. Осядут на болоте побольше и упокоятся, – ответил кот, но его услышала только Герда.

Наутро они тронулись в путь. Лес посветлел и расступился. Дорога стала значительно легче. Сосны уже не взирали с мрачностью чёрных туч, подлесок прорастал молодыми ёлками. Бодро щебетали птицы.

Возле русла пересохшей реки Герда спешилась, подняла с земли сухую ветку и пошарила под корягами у оврага.

Ждан с Дугавой уехали вперёд, а Финист остался ждать у тропы.

– Что там? – настороженно спросил он.

– Нет ничего, – озадаченно ответила она.

– Тогда едем.

Герда забралась обратно в седло.

– Здесь из-под коряг исчез большой гадючник, – едва слышно произнесла она. 

Кот перелез с крупа Яшки на переднюю луку седла:

– Чары Ягини покидают Пущу вместе с демонами.

– Но… – сдавленно выдохнула Герда. – Я не хочу, чтобы что-то менялось.

Здесь всегда было так хорошо и спокойно. Теперь лес погибнет!

Финист пристально наблюдал за ней. У его виска вздулась жилка, на лбу блестел пот.

– Не погибнет, а переродится, станет обычным, – возразил кот. – Лихорадка уже ушла из Волынцов и Подгайска. Скоро люди начнут собирать здесь грибы и ягоды, дрова рубить, на зверя охотиться, вычистят старые больные деревья. Может, дорогу проложат. Будут тут большие обозы из сёл и местечек на ярмарку ездить.