Пять хвостов кицунэ

— Хикари, идёшь?

— Да!

На главной площади было не протолкнуться, но, так как я находилась вместе с Хранителем, добраться до помоста не составило труда.

Рядом на возвышении были предусмотрены места для почётных гостей — хозяев праздника супругов Миямото и Хранителей.

— Вот и Юкио, — Кацу-сама отвлёкся от беседы с госпожой Аки. — Да не один. Решился-таки?

— Да.

— Давно пора.

Казалось, сотни глаз прожигают меня.

— Ты прекрасно выглядишь. Ничего не бойся, — шепнул мне Юкио-сама и повернулся к Хранителю Востока: — А Райден где?

— Готовит сюрприз.

— Недурно.

Госпожа Аки рассматривала деревянный веер.

Застучали барабаны. Действие началось. Это было не изысканное представление Долины весны и не богатое на эффекты выступление моей родины. Непритязательный театр простых трудяг, которые не зарабатывали на жизнь, а лишь хотели порадовать богов и своих близких. И именно это представление тронуло меня, как никакое другое прежде.

Сказание о принцессе и пастухе, которые так любили друг друга, что позабыли о долге и были наказаны. Разлучённые возлюбленные не видели смысла жизни и не могли трудиться по-прежнему. От чего страдали и боги, и люди. Наконец, милостивая Аматерасу разрешила им видеться раз в год, но этого было недостаточно. Пролетающие мимо сороки заметили муки влюблённых и не остались равнодушными. Из своих тел они проложили мост через великую небесную реку. Принцесса и пастух наконец смогли коснуться друг друга, чтобы совсем скоро расстаться.

Я плакала. Слёзы текли, не останавливаясь.

В своём выражении чувств я была не одинока. Аки-сама украдкой вытерла слезинку.

Зрители за моей спиной откровенно рыдали.

Но вот на помосте остались только барабанщики. Они начали отстукивать ритм. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее. Так часто, что, казалось, быстрее невозможно. И внезапно остановились. Именно в этот момент над сценой появился…

— Хо-о.

Он кивнул, улыбаясь.

Моему восторгу не было предела. Великий Огненный феникс, на спине которого восседал Райден-сама. Как Хранитель выдерживает этот жар? Даже отсюда он был почти нестерпимым.

Под стук барабанов феникс закричал, выпустив струю пламени вверх, и взметнулся ввысь.

Его танец я не забуду никогда. Страстный и неудержимый, дикий и сокрушительный.