Пять хвостов кицунэ

Можно расслабиться и полюбоваться полной луной. Многие храмовые лисы возвращались домой. Ведь ночное светило здесь самое красивое. Особенно в Долине осени, на западном склоне Священной горы. Именно тут тысячи кицунэ устраивают семейные пикники с обязательными шариками из риса и тофу, символами луны.

А перед этим проводится множество мероприятий: театральные постановки, выступления музыкантов, конкурсы, открывается специальная праздничная ярмарка.

У Цукими мацури есть несколько поверий. Не знаю, откуда они пошли. Например, считается, если умыться росой, обязательно станешь счастливой.

Что ж, не будем пренебрегать традициями, подмигнула я малышу-кодама.

Голова не болела. Всё-таки хорошее вино у госпожи Аки.

Вчера накатила такая тоска по Юкио, я поняла, что очень соскучилась. До черноты. Будущее казалось размытым. Тоска выжигала сердце. Тогда-то я вспомнила про конфетку, которую мне дал смешной монах. Посмотрела на неё, и как-то на душе стало веселей. Мой талисман от невзгод.

День я посвятила уборке, а потом, освежившись, направилась к Хранительнице.

Лавочники уже выкладывали товары к вечернему празднику, развешивали украшения. Скоро улицы будет не узнать. Всё в фонарях, толпы радостных кицунэ. Очень люблю этот фестиваль.

Поместье госпожи Аки тоже преобразилось. Алое убранство сменилось жемчужно-серым. Я рассматривала обстановку в комнате ожидания, пока Хранительница беседовала с управляющими. Они отчитывались о готовности к празднику.

Наконец, Джун пригласила меня к госпоже.

Аки-сама стояла у окна и просматривала свиток.

Хранительница свернула бумагу, завязала алым шнурком и запечатала свиток.

— Джун, — она передала послание служанке, — отправь Кацу.

— Будет сделано, госпожа.

Сегодня хозяйка Долины осени была одета в голубое кимоно. Подол расшит склонившимися от ветра стеблями сусуки. По поясу-дороге к банту-дому шли путники. Выше по небу плыли тучи, подсвеченные алым. На выбеленном лице сияли брусничные губы. Длинные волосы причудливо заплетены.

— Хикари, добрый вечер.

— Аки-сама, — я поклонилась.

— Аки, для тебя просто Аки. Иди сюда. Не будем откладывать.

Она положила на мой лоб ладонь. Кожа под ней стремительно нагрелась.

Меня охватил жар, не такой, как у господина Райдена, более ласковый. И когда сгусток пламени стёк по позвоночнику, я увидела новый хвост — пятый. Огненно-рыжий, почти алый, как у Аки.