Второе Пришествие Эпимете́я

Герман равнодушно пожал плечами, собираясь с мыслями.

— Ты, правда, совсем-совсем меня не помнишь?.. — не унималась девушка. – Значит, доктор Свэнсон меня обманул? Да?..

Герман безучастно огляделся по сторонам и сдавлено спросил:

— Где … я?

— Ты со мной! — с готовностью заверила его девушка. Но, так и не дождавшись от Германа ни малейшего намека на то, что он ее действительно узнал, горько добавила сквозь вновь брызнувшие из её умопомрачительно-голубых глаз бусинки-слезы. — То есть, я хотела сказать, Вы!.

. Вы в правительственном госпитале на Земле, господин полковник!

— Почему я здесь? — отчужденно произнес в ЕЕ адрес Герман?

— Вы были тяжело ранены... в правую ногу и голову!— с вконец безнадежно-потерянным выражением на прекрасном лице выдавила из себя девушка, обеими руками стирая со щек предательские влагоподтеки. — Во время выполнения Вами (особо подчеркнула она!) чрезвычайно ответственного и опасного задания Лиги Наций… Но теперь уже все позади. Вам нечего опасаться.

.. Ваше здоровье пошло на поправку...

— И я его выполнил? — неожиданно сверкнул глазами Герман.

— Кого... или что? — в недоумении переспросила его девушка.

— Задание Лиги Наций, разумеется!.. — в легком раздражении пояснил свой вопрос Герман.

— Конечно! — без особого энтузиазма кивнула девушка и вполголоса тут же, вдобавок страдальчески и обреченно, добавила: — Но …лучше бы Вы его провалили!!!

— Это ещё … почему?! — в свою очередь удивился Герман, пристально и несколько насторожено заглядывая девушке прямо в глаза.

— Что вы имеете в виду? Почему я должен был провалить, как вы сказали, “чрезвычайно ответственное и опасное задания Лиги Наций”?

— Потому что когда-то, мы с Вами искренне любили друг друга… Вот!!! — так и не сумев удержать себя в руках, разгорячено выпалила и одновременно густо, до глубины волос, покраснела девушка. — А теперь, после всего того, что с вами случилось... Вы, вы стали другим! Вы ничего не помните! Или, просто, не хотите этого делать!.

.

— Кто вы, черт возьми! — грубо осадил ее Герман. — Кто вы такал, чтобы делать мне подобные замечания, милая дамочка-фифочка!

— Я всего лишь … ваша скромная и ни на что особо не претендующая сиделка, — окончательно сжигая за собой мосты к отступлению, печально и одновременно вызывающе констатировала девушка, теперь уже прямо на глазах теряя жалкие остатки своего былого самообладания и уверенности в себе. — Но...