Герцогиня для лорда

- Если так уверена, то тебе бояться нечего, – шепнула почти у самого уха, обогнула ее и пошла.

Она схватила меня за руку, но тут же отпустила, отпрянув назад. Я обернулась и увидела, как из-за поворота вышел Аилар. Он остановился в конце коридора, Сицилия гордо вздернула голову, смотря ему в глаза, а я просто пошла в его сторону, чтобы спуститься вниз.

Он окинул меня одобрительным взглядом и протянул руку. Я тут же схватилась за возможность еще больше насолить обидчице и вложила в его руку свою ладонь.

Мы быстро сели в карету и тронулись с места. Три лихих белых жеребца с чуть подсвечивающейся шерстью рванули вперед, с каждой секундой наращивая темп. При этом карету не сильно качало, и было вполне просторно и комфортно. Наверное, это тоже магия. Путь длился часа четыре, и я успела задремать. Аилар разбудил меня, когда лошади остановились у главных дворцовых ворот.

Герцог протянул мне руку, я приняла ее и нерешительно вышла на улицу, чтобы замереть от увиденной красоты.

Время было к обеду, золотое солнце ярко светило в самом зените, освещая огромные белоснежные крыши дворца с резной лепниной и высоченными статуями в форме животных и людей в богатых струящихся одеяниях. Высокие узорчатые колонны поддерживали строение и добавляли великолепия. Ни одна историческая картинка из интернета не смогла бы сравниться с такой роскошью и красотой. Это уникальное зрелище выбило весь воздух из моих легких. Застыв перед дворцом в ярком свете, я окончательно убедилась, что попала в совершенно другой мир, с другой властью и бытом.

Что же, Дашенька, теперь отнекиваться не выйдет. Ты герцогиня.

Глава 8

Дария Ивлеева

Дворец изнутри поражал своими размерами и роскошью. Золотые рамы с портретами, висящими на стене, были больше моего роста. В каждом из них изображались особы знатного рода: мужчины и женщины в богатых одеяниях пастельных и ярких цветов. Головы их увенчивали диадемы, короны, ювелирные заколки и шпильки с драгоценными камнями.

Одна картина впечатлила меня больше всех, она была по цвету ярче остальных. На ней изображалась девочка лет десяти с длинными кудрями, золотыми как солнце и ясными небесно-голубыми глазами. Воздушные рюши и светлое кружево придавало ей еще больше детскости. Эта девочка была настолько миловидной и красивой, что рассматривание портрета невольно вызвало во мне улыбку.

Слуга тактичным покашливанием напомнил, что мне стоит пойти за ним.