Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии. Книга вторая

Это плетение, - он кивнул на ее руки, - можно использовать вместо наручников или веревки. У тебя десять минут, чтобы выпутаться, - он поцеловал ее в висок. 

- А через десять минут?

- А через десять минут я принимаю ванну. С тобой или без тебя. Зависит от твоих успехов, - он чмокнул ее в затылок и действительно ушел в ванную комнату, откуда послушался шум воды. 

Они договорились, что будут раскрывать новые грани отношений постепенно, растягивать, а иногда и оттягивать приятные моменты совместного времяпрепровождения.

И ванную вместе они еще никогда не принимали, хотя Мира просила об этом давно, еще до Калининграда. Потом из соседней комнаты послышался запах цитруса и сандала, а Рихтер, уже раздетый по пояс, ушел в сторону кухни и вернулся с вином и свечами. 

- Прошло уже три минуты, - бросил он, проходя мимо. 

А она как сидела со сцепленными руками и выражением негодования и потерянности на лице, так и сидит. 

Соберись! – приказала она себе. 

Что представляет собой плетение? По рисунку похоже на связь, которую устанавливают между металлическими частями, чтобы удержать их вместе, например, металлическую ручку к металлической кружке без приваривания.

 

Профессор Лакомб объяснял, что такие связи разрываются от последовательного воздействия тепла и холода. 

- Пять минут, - донесся голос Рихтера из ванной. Вот жук!

Ее руки все еще стянуты у запястий, но кисти относительно свободно двигаются. Сплела заклинания огня и холода и стала их попеременно подносить к запястьям.

Ничего. Запястья все еще приклеены друг к другу. 

 - Семь минут. 

- Лучше бы помог! – возмутилась она, а по шуму воды, доносившемуся из ванной, было понятно, что она почти полная. 

- Я тебе помогаю, - показалась его голова и голый торс. – Ты же отправишься непонятно, куда. И должна будешь вернуться. Если ты с таким простым плетением не можешь справиться, то не лучше ли тебе отказаться от своей затеи? 

Она нахмурилась и стала активнее сменять тепло и холод.

Снова ничего.

Гнев стал подниматься по позвоночнику и родил в голове неприятную догадку: Рихтер нарочно поставил сложное плетение, чтобы доказать, что она ничего не сможет. Чтобы она отказалась.

Вбежала к нему в ванную.

- Ты же специально так сделал! Сознайся! – кричала она. 

- Что сделал, дорогая? – спросил спокойно, без всяких ухмылок и ехидства. 

- Это! - Она протянула вперед запястья.