Право на одиночество

И вот за это обретенное нужно было непременно ухватиться и ни за что не отпускать, держать до последней возможности – почти смысл жизни. «Печать выродка», - определил я для себя это состояние. Физические данные тут не играли никакой роли. Они ее и не играли.

Я поднял голову, неожиданно оказавшись в туалете. От долгого сидения на горшке затекли ноги. Пальцы бестолково перекручивали рулон туалетной бумаги – вот уж точно – заменитель четок! Унитаз в эпоху свободы слова не желал затыкаться и упорно изображал журчание ручейка.

Происки канализации как-то не особенно смахивали на антураж японского садика. В дверь скребся Сашка и заговорщицки шипел:

-    Серега, уже не маленький, чтоб спать с горшком в обнимку. Отблевался, вылезай! У меня тут кефирчик заныкан. Угощу. Ну... Вылазь  уже!

     «Кретин!» – обозвал я себя и непринужденно вылез.

-    Погоди! Да ты никак уже и сам протрезвел.

-  Кефир гони, – промычал туалетный «узник совести» только бы перевести разговор на что-нибудь более существенное.

-  Да что кефирчик! Отнюдь! Тебе водяру надо хлебать – стаканами – чтоб остальных нагнать. Мы же ведь старая гвардия или кто.

-   Или вот. Болит чавой-то у меня внутри. Кефирчику просит.

-  Ну как знаешь... – Передо мной появилась полная бутылка с зеленой пробкой как в старые времена. Холодная – вся в капельках конденсата – Класс! Жидкость потекла внутрь, приятно ублажая холодом нёбо.

Сашка тем временем растворился в утробе Мишкиной квартиры. Танцы продолжались. Но очень пристойно. Без намеков на стриптиз. Смотрины, как-никак.

- Вы, сударь, прямо Чайльд Гарольд какой-то, – вынырнула из темноты Катя.

-   Ну, и как он Вам?

-   Кто?

-   Чайльд этот самый.

-  Не до этого сейчас. Там один тип ко мне прилип. Ну, просто! Спаси меня, пожалуйста.

-    Хирург?

-    Ты отсюда все видел?

-   Методом исключения.

Для моих друзей на тебя табу. Давай уйдем. А?

-    По-английски?

-    Хоть по-бурятски!

Пойдем. – …    Мы некоторое время молча шли по улице.

Ты очень здорово изменился за последние две недели. Не могу объяснить. –  Она сделала паузу. – Это из-за нас?Да, – «Почему бы и нет?» – подумалось мне.Я тебе нравлюсь? – спросила она как-то очень наивно.Да. – Тут мне уже совсем не пришлось лукавить.