Право на одиночество

Армию закосил. Дистрофия. На работу не берут. Только музыку свою врубит и таскается как шакал по коридору. А у меня давление! Всю ночь уснуть не могу. А попробуй, скажи чего. Того и гляди зашибет. Так и зыркает, уродина. Так и зыркает. Ко мне охрану никто приставлять не станет. Помирай, бабка. Туда и дорога. В прошлый раз – змей - мои тапки к полу приклеил. Я чуть шею себе не свернула. А он ржал как сивый мерин, пока я на карачках ползала – очки искала. «Снасильничать тебя что ли, – так и сказал, – доставить удовольствие».

Скотина безмозглая! Чтоб у него уд его поганый отсох!

-  Мой-то тихий. И все одно приложить собирается. За жилплощадь. Я его наскрозь вижу. А еще соль мою крадет. Только поди ж ты, докажи, – старушки дружно завздыхали.

 Наказание это нам за грехи наши тяжкие… Я атеист! – парировала вторая старушенция. Тем более…Великий эксперимент по сведению в одну кучу всех классов, полов и сословий продолжал функционировать. И результатам его предстояло еще долго будоражить нашу кулуарную историю.

И не только кулуарную. Абсурд. Но звучит многообещающе. Приехали. Явился участковый – молодой кудрявый лейтенант. Взглянул на мою повестку.

-    Заходите, Сергей Николаевич. – Бабки хотели было встрять, но смолчали. И мы прошли в кабинет.

-     Чем могу быть полезен?

-  А как Вы думаете? – Вопрос остался без ответа. – Присаживайтесь.

-     Спасибо.

Не знаете, значит. – Он нарочито пристально посмотрел на меня, так что внутри все съежилось.

Или я сам все это придумал и сразу зажался. Психология! Плевать…Так вот. К нам поступил запрос от украинских коллег. Бывает же... Кооперируемся, значит, по новой. Да. И мне бы хотелось с Вами  побеседовать. – Он стал перекладывать бумаги на столе и почти не смотрел в мою сторону. Пауза затягивалась. Мне пришлось до костей прочувствовать его непринужденную внимательность. Сохранять безмятежное лицо делалось все более нестерпимым, хотя тут же пришло в голову, что именно этого от меня сейчас и не требуется. -     Вы знаете,что там произошло?

-   Вы про отпуск? Упал самолет, на который я опоздал. Зато успела моя девушка. – Правдивая трагичность в голосе появилась сама собой. Все еще очень прочно сидело внутри. Оно жило во мне и не нуждалось в экранизации. Любопытство лейтенанта стало почти естественным.

-      Это правда? Как фамилия? Извините. А что было дальше?

-  Дальше я приехал поездом и прожил там две недели.