Право на одиночество

Можно и по слогам – Ни-ка-ко-го!

В этом смысле господин Касьян  – молодой задорный доктор, не успевший еще усвоить правила игры «на выживание», был абсолютно прав: «А зачем все это нужно?». Что сказать? – Удар ниже пояса. 

«А нужно ли?» – прямо и честно, как мужчина мужчине. Но я полез в какие-то дебри объяснений. Говорил только потому, что умею это делать. Фу... Фу и фу! В конце концов, кто-то чем-то удовлетворился. Плевать они хотели на все мои объяснения. Последнее, конечно, вернее.

Интересно, а если бы я взял, да и вывалил перед почтеннейшей публикой все, что наполучалось.

Особенно в последние месяцы. Эту благоразумно припрятанную научную крамолу. Впрочем, и тогда большинству было бы абсолютно наплевать – какое кому дело, кто там и чего наковырял, если результаты и объяснить-то как следует невозможно. А вот сейчас есть возможность выпить и закусить. И это действительно стоит сделать.

Начало с открыванием бутылок, раскладыванием закусок, звоном стаканов и заезженными речами о преемственности поколений, традициях и неизбежности движения вперед не жалко и пропустить.

Обоснование необходимости трудностей переходного периода – тем более. Водка начала брать свое, и про меня потихоньку забыли. Родители после вступительной части тоже оказались чужими в этом расползающемся мельтешении и гомоне. Я попытался удержать их, но скорее соблюдая формальности, когда и так ясно, что всем это ни к чему. Мое старшее поколение направилось к дому.  Можно было перейти на автономное существование.  

Я выбрался из головной части стола, усаженной маститыми академическими зубрами. Без меня им стало только вольготней. Легко и свободно. Болтай – не хочу. Где же еще, как не за холодной рюмочкой «Белого столового № 21», приправленной бутербродикомс красной икоркой, вести беседы о нюансах сáмой внутренней политики. Люди расслабились, сплотились и вытолкнули мое инородное тело «на волю волн». И оно тут же прибилось к группке обученной молодежи. Включили музыку.

Начались танцы. 

«Боже мой! Каким идиотом должен был выглядеть старик Аристотель в обнимку со своей молодухой... Надо бы не забыть это, если конечно дотяну до его возраста. И маразм меня минует… Маловероятно… Да... Не расстанусь с Комсомолом – буду вечно...» – была последняя отвлеченная мысль за праздничный вечер.

-   Ну как, герой, отстрелялся? Поздравляю, – подсела ко мне Ольга. Она была как всегда эффектна, почти блистательна.