Сакура

Пух из разрезанной подушки взлетел под потолок и медленно опускался вниз, как снег. Секундного промедления противницы было достаточно чтобы Сакура метнулась к двери и выбежала в коридор.

— Дебил, она же тебя доесть хотела — прошипела чёрная и ринулась догонять Сакуру.

Раздался визг, звук, как будто упало что-то тяжелое.

— Не тронь лису, — услышал Женька запыхавшийся, женский голос, — она моя, я должна обезглавить её, также как она поступила со старшей сестрой.

— Тихо, Натусь, ты главное, не волнуйся,—  раздался низкий мужской голос.

Послышался свист меча, стук упавшего на пол металла и новые всхлипывания.

— Тихо, тихо, милая, всё хорошо, ты только это, без резких движений. Вот так. Ты предоставь дело правосудию, на этой китсунэ столько косяков висит, на девять  пожизненных тянет. Как ты её нашла?

— Я знала, что она достанет этого идиота, чтобы высосать до конца. Девять пожизненных это ведь хуже смерти, правда? — после долгой паузы она отчеканила, —  Приношу извинения, старший брт, я вышла из себя и прошу разрешения лично отконвоировать задержанную.

Женька сполз с постели, держась за койки, он с трудом доковылял до двери.

В коридоре было пусто, капли дождя залетали сквозь открытое окно.

Женька вернулся к койке, на месте пучка волос по простыне были рассыпаны кусочки углей.

— Реально, братан, вот тут-то я чуть не поседел.

Я посмотрел на ветку сакуры. Она выпустила два маленьких цветочка и на этом остановилась. Светло-розовые лепестки слегка раздваивались на конце.

___

Действительно, на следующей тренировке её не было.

— Виталик, привет! Алина за ключами пошла. Что это у тебя за царапина на щеке? Кошка завелась? — поинтересовалась рыжая Маша.

— Ага, кошка, — он повернулся ко мне и протянул флаер, — я тут буду это, чайную церемонию проводить в клубе на Хохловке, приходи. И друга зови.

___

— Похоже на коммуналку после расселения. У меня аллергия на пыль, — Аня расчихалась, Женька задел стопку книг, громоздившуюся на подоконнике, раздался грохот и в воздух поднялись новые клубы пыли.

Из-за двери в конце коридора показалась кудрявая голова.

— Привет, вы на чай? Проходите, я Саша.

— Ух ты, уютненько, — Женька тяжело плюхнулся на подушки, служившие сиденьем и огляделся.

— Антон, привет. Молодец, что заглянул, — впервые я увидел Виталика в кимоно, как ни странно, смотрелся он в нём так, будто ничего другого отродясь не носил.