Тель-Авивские каникулы

Но мы не в претензии: прощание с госбезопасностью, как правило, не проходит в торжественной обстановке с вручением орденов и именного оружия. Ваше досье...

— Хм... Как вы сказали? Досье?.. Как у шпионов?

Иванов рассмеялся.

— Да ладно вам... Именно.

— Вы меня ни с кем не путаете?

— Никакой путаницы, уважаемый. Мы обязательно и подробно еще поговорим. Вы нам нужны. Очень. Я бы и сам... Но дел по горло. Мы поговорим о вашей будущей миссии, но сначала, чтобы не было недоразумений и разночтений, ответьте, пожалуйста, на один вопрос.

Впрочем, можете и не отвечать: вы пришли сюда как частное лицо или в качестве представителя?

— Ни «да», ни «нет». Все пока в подвешенном состоянии, может качнуться в ту или в другую сторону. Это зависит от обстоятельств, не от меня.

— И каких же, если не секрет? Вы можете рассказать мне все. Сегодня я ваш исповедник.

— Мне нечего сказать.

— Я слушаю вас...

— Мне нечего вам сказать.

— Надо же, а мне показалось, что между нами возникла химия.

.. Вы знаете, что это такое?

Я благоразумно промолчал.

Иванов шумно потянул носом, вздохнул.

— Понимаю. Я люблю людей, которым есть что сказать, но ради интересов страны и своих собственных готовых молчать даже под пыткой. Я из того же теста. Нельзя доверять тем, кто не заботится о собственных интересах. Это либо болван, либо недотепа, либо неудачник. Как говорят, лузер.

Он опять улыбнулся, но выражение безмятежности исчезло с его лица, глаза смотрели испытующе.

Подняв бокал, Иванов провозгласил тост и выпил «За откровенность!».

— Видите ли, Алекс, я должен предложить вам одно дельце, но я вас недостаточно хорошо знаю, хотя ваши рекомендации превосходны. Однако боюсь, что вы не ответите мне взаимностью. И это, согласитесь, вряд ли справедливо. Но нашей организации не обойтись без вас, вот в чем загвоздка.

— Мы все ходим вокруг да около. Зачем вы тратите мое время? Мне не нужны ваши секреты. Так или иначе вам придется решать, причем, сегодня, сейчас: что со мной делать.

Или я просто уйду, и мы разойдемся, как в море корабли. Так как мы поступим?

— Мяч на вашей половине, Алекс... Вы согласны?

— С чем я «согласен»? Вы мне угрожаете?

— Кроме ликвидации, к вашему сведению, есть и другие способы убеждения. Они хорошо известны. Вы в наших руках. И без моего на то приказа, живым вам отсюда не выйти.

— Даже так?.. Вполне допускаю, но пользы вам от меня мертвого будет мало.