Тель-Авивские каникулы

Там можно было присесть возле фонтана в центре площади, соседствующей со входом в торговый центр Опера Тауэр, куда якобы нужно было пойти кое-что купить Алексею Викторовичу.

— Да?

— За интересную информацию. Секретную.

— Ну, Алекс, вы меня насмешили. Такую информацию добыть легче всего.

— Почему же? Я вас не понимаю. Или вы меня разыгрываете?

— Если информация секретная, всегда найдутся те, кто готов ее продать, потому что на нее есть спрос.

— Мне дали задание вербовать агентов.

— И вы согласились?

— Конечно.

Уже завел картотеку.

— Понятно, у вас уже есть опыт.

— Не иронизируйте, Алексей Викторович. В Петербурге, в Фонде Стратегического Бронирования, приходилось вести учет.

— Я, Алекс, человек опытный только в том, что касается отравления предателей. В этом я специалист. Тот, кто предал один раз — предаст и во второй, и в третий. Досье предателя не закроют пока он жив. Так что без работы не останусь. Вы что-нибудь знаете о секретных разработках Государственного НИИ органической химии и технологии? Нет? Там такие, извините, лекарства «больным» прописывают, что боевой, нервнопаралитического действия Ви−Экс детской игрушкой покажется.

Смерть от яда? — эти истории людей притягивают, громадный интерес вызывают, вы не хуже меня знаете. Смерть от яда надежнее, чем от пули. Не зря же «Пестрая лента» Артура Конан Дойля до сих пор является одним из самых популярных рассказов из этой серии.

— Кстати, о книгах. Вы знаете, что такое книжный шифр?

— Нет-нет, не знаю, и не хочу знать. Я всего лишь скромный консульский работник.

Ничего лишнего и никаких секретов. Не покупаю и не торгую секретной информацией — мне жизнь дорога, так что не вздумайте меня вписать в свою картотеку. Хорошо? И зарубите себе на носу, юноша: посольство о вас ничего не знает, и вы не имеете к нему никакого отношения. Вольная птица, сам себе хозяин. Такой расклад. Провалитесь — не взыщите.

— Мне кажется, что они меня до сих пор проверяют. Главное задание еще впереди.

— Не могу знать. Но будьте осторожны, Алекс.

Дают деньги — берите. Но в обратном направлении действуйте осторожно. Не переигрывайте. Пока вы лжете, вы не приносите никому вреда. А правда? — правда оружие обоюдоострое. Вы должны видеть людей насквозь, а вас — нет, вы человек−невидимка.

— А деньги? Я беру за дезинформацию деньги...

— Об этом меньше всего беспокойтесь. У них на Западе деньги есть. Это нам они достаются потом и кровью. Лирика, конечно. Не берите в голову. Да... и бесплатный совет.