Ловец теней прошлого

Пока Анатолий дожидался Ольги, он успел положить самое «безопасное» после длительного голодания меню на прикроватный столик мальчика, и посоветовал младшему братцу Филиппа поесть. А затем сосредоточился на своих записях. 

Отвлек его странный звук. Когда Анатолий снова повернулся к своему пациенту, вначале он даже не понял, что произошло. Потом понял… и выругался. Мальчика рвало. «Фонтаном», как говорила его жена, когда их дети болели. 

- Показалось, или мальчишка выглядел довольным происходящим? – устало подумал Анатолий, - Кажется, мой первый контакт с пациентом потерпел фиаско.

В глазах у коммандор-капитана зажглись смешинки. Похоже, Лану нравилось доводить психолога, не нарушая его запретов и правил. Ругаться при пациентах Анатолию раньше не приходилось. Не то что вслух, даже мысленно. Но с телепатом уровня А-класса даже мысленно – всё равно, что вслух. 

- Кажется, мне ненавязчиво дают понять, что в моих услугах не нуждаются, - усмехнулся Анатолий.

Лан не ответил, но всем своим видом показывал, что вывод Анатолия не далёк от истины.

 - Но, мальчик, это не нам с тобой решать. К сожалению. Я, конечно, понимаю, что ты сейчас никого не желаешь видеть, тем более какого-то психолога. Только риск суицида такая вещь, которую из твоей медицинской карты никакой медиколог не уберет, даже влюбленный в тебя по уши и рискующий из-за тебя своей карьерой и карьерами людей, доверивших свои послужные листы шестнадцатилетней девчонке.

И пока ты собираешь по тестам ВРС (возможный риск суицида) десяточку из возможных десяти балов, собственный психолог – это наименьшее зло. Поверь, я знаю об альтернативах, - спокойно сказал Анатолий.

Его попытку завязать разговор Лан снова проигнорировал.

 - Нет, этот мальчишка совсем не похож на Филиппа, - решил наконец Анатолий, - Филипп – весёлый, задорный, смешливый.

Душа кампании. И даже то, что он однажды достаточно серьёзно побился, что поставило крест на его дальнейшей карьере пилота, не повлияло на Филиппа негативно. Он так и остался компанейским парнем. Даже политическая карьера не превратила его в хмурого бюрократа. А его младший брат? Что за абсолютный антипод! Ну да, тяжело.